— Порой мне кажется, что ты само совершенство, — продолжила жрица.

Марина, подчиняясь едва заметному ее кивку, сбросила халат, который надела, отправляясь на кухню, и встала перед любовницей на колени. Нежа сделала еще глоток коктейля, а правой, свободной рукой провела по небольшой груди девушки, по плоскому животу и привычно задержалась чуть ниже — ей нравилось видеть подрагивающие губы возбужденной подружки.

— Тебе хорошо?

— Да.

Марина знала свою роль.

Страшно хотелось курить, но даже заикаться об этом бессмысленно — нелюди не терпели табачного дыма.

— Ты улавливаешь мои желания. А исполняешь их выше всяких похвал.

— Мне хорошо с тобой, Нежа.

Голос дрогнул.

— Не сомневаюсь.

— И я дорожу нашими отношениями.

— Но ты до сих пор ни о чем меня не попросила.

— А должна была?

— Тебе известны мои возможности, — промурлыкала женщина, привлекая девушку к себе.

— Наверное, мне пока ничего не надо?

«Кроме того, чтобы быть рядом».

Самое смешное — эта фраза и являлась честным ответом на вопрос жрицы, но, произнеси ее Марина, слова показались бы неискренними. Да и что может предложить молоденькой человской колдунье жрица? Продвижение по карьерной лестнице? Нет. Все места в Зеленом Доме заняты людами и только людами. Деньги? Нет. Пусть Марина и вынуждена оказывать сексуальные услуги, но брать за них плату она не станет. Никогда.

— Я приготовила тебе подарок.

— Правда?

— Посмотри на тумбочке с твоей стороны.

Девушка послушно повернулась к стоящей у кровати тумбочке, взяла лежащую на ней коробочку и ахнула:

— Нежа!

Черный бархат отлично оттенял серьги с крупными изумрудами.

— Я рада, что тебе понравилось.

— Нежа, я ведь не просила!

Жрица улыбнулась.

— Значит, сюрприз получился. — Посмотрела на часы, прищурилась, рассчитывая время, и приказала: — А теперь поцелуй меня.

Для встреч с подругами Нежа использовала тайную квартиру, расположенную в тихом спальном районе за пределами сектора людов. Эта мера предосторожности должна была уберечь жрицу от ненужных пересудов — подобные пристрастия в Зеленом Доме не афишировали. В следовании классическому укладу бароны видели гарантию сохранения Великого Дома и ревностно следили за тем, чтобы претенденты на престол соблюдали правила приличий. Колдунья ты или нет, будь добра выйти замуж и родить ребенка. А еще лучше — нескольких детей. Нет мужа — есть повод для подозрений, и барону Мечеславу, к примеру, пришлось в свое время лично убеждать некоторых баронов, что он спит с Всеславой и собирается спать с ней в дальнейшем. До тех пор, пока та не созреет для свадьбы. Открытое объявление о нетрадиционной ориентации автоматически означало отказ от притязаний на корону, а Нежа не собиралась лишаться хоть и призрачной, но все же надежды занять трон. Именно поэтому жрица выбирала в подруги молоденьких человских ведьм, которым легко заткнуть рот, и изредка спала с обер-воеводой дружины своего домена, высоченным мускулистым самцом, противным и неутомимым.

Но если о чьей-то тайне не говорят открыто, это не означает, что о ней никто не знает.

Выйдя из подъезда, Марина привычно огляделась.

«Проклятье! Это действительно стало привычкой!»

Не почувствовала угрозы и спокойно направилась к своему «Пежо».

А Кортес, следящий за домом из припаркованного напротив подъезда джипа, сделал пометку в блокноте и достал телефон.

— Артем?

— Да.

— Надеюсь, ты не забыл, что нас ждут в Цитадели?

В самом конце Ленинградского проспекта, на развязке, где налево убегает Волоколамское шоссе, а направо — Ленинградское, стоит массивный «сталинский» дом. Широкое и высокое строение с пристройками, обширным, закрытым от посторонних глаз внутренним двором и двумя выходящими на развязку башнями.

Когда-то, согласно официальной версии, в нем размещался секретный институт, в котором разрабатывалось имперское оружие и вход в который, что естественно, был крайне ограничен.

Очень удобное прикрытие.

Устояло здание и в лихие девяностые, когда под давлением перестроечных дельцов знаменитые военные кузницы стремительно теряли благородный облик, превращаясь в похожие на коммунальные квартиры «бизнес-центры». И не только устояло, но и сохранило неприступную закрытость. Не появилось на дверях или на воротах ни одной таблички, которая уведомляла бы прохожих о том, кто владеет зданием. «Вы ничего о нас не знали раньше, вы ничего о нас не знаете теперь. Нас это устраивает, а что думаете вы, нам без разницы». Вот так можно было бы определить позицию хозяев старого дома.

Владельцы здания, которое в Тайном Городе называли Цитаделью, могли себе позволить высокомерие. Навы, основатели Темного Двора, жили на семи холмах задолго до того, как на них появилась Москва, и не сомневались, что увидят, кто придет на смену челам.

— Расследование окончено? — поинтересовался Сантьяга.

— Думаю, да, — кивнул Кортес.

— Имя?

Вопрос был задан быстрым, деловым тоном, предполагающим столь же быстрый и конкретный ответ. Однако торопиться наемник не стал.