Женщина села. Я выглянула из дверного проема в кухне. Когда она увидела меня, клянусь, в ее глазах что-то промелькнуло, но что бы это ни было, оно исчезло прежде, чем я смогла его распознать.

Собака подошла к ней и легла на пол, виляя хвостом.

Никто не сказал ни слова.

Когда парни вернулись с сообщением, что вокруг никого нет, Сэм наконец-то включил свет. Мне потребовалась секунда, чтобы глаза привыкли, и я моргнула, ослепленная светом. Когда взгляд прояснился, я рассмотрела женщину. Черные волосы. Грациозная. Глаза цвета летней травы. Морщинки в уголках губ.

Я глубоко вздохнула и выдохнула:

— О Господи.

Это была она. Моя мама. Живая.

Слова в голове не желали собираться в единое предложение. Мама всегда была для меня лишь страницами и фразами в журнале. Женщиной на фотографии. А теперь я видела ее во плоти. Настоящую. Живую.

Эта женщина была старше той, что на снимке. Ее волосы поседели на висках. Щеки казались тоньше, чем у той двадцатилетней девушки на берегу озера. Но это не имело значения. Я знала — это она.

— Сура? — спросил Сэм. Имя мамы, произнесенное вслух в этой скромной гостиной, прозвучало как иностранное.

Она кивнула. Собака выпрямилась.

В моей голове проносились сотни вопросов, но я не могла надолго ухватиться ни за один из них. Почему она никогда не пыталась связаться со мной? Она узнала меня?

Сэм сел на диван и усадил меня рядом с собой. Он взял меня за руку, и наши пальцы переплелись. Его рука была прохладной, сухой и крепкой, моя — дрожащей и влажной от пота.

— Я несколько дней ждала, когда вы, парни, свяжетесь со мной, — сказала Сура. — Из своих источников я узнала, что вы сбежали. Я собиралась дождаться вас в Пенсильвании, но меня вспугнули и я уехала.

Она потрясла головой, ее коса сместилась. Почему она не смотрит на меня?

— Скажи мне, что происходит? Я понятия не имею… — Она умолкла, сжимая руки на коленях. — Прости, Сэмюэль, мне действительно очень жаль. Я пыталась найти тебя, когда ты исчез, но не смогла.

Я заерзала, Сэм сильнее сжал мою руку. "Еще рано", — говорил он мне этим жестом, громко и ясно.

— Одна из подсказок дала нам твой телефонный номер, — объяснил Сэм.

Она кивнула.

— Таков был план, на случай, если они сотрут твои воспоминания. Ты дал мне телефон и сказал держать его при себе, всегда. Я не знала об этом месте. — Она окинула комнату любопытным взглядом. — Но ты никогда не вдавался в детали.

— Как мы познакомились? — спросил Сэм.

— Вы с Дэни приехали ко мне около пяти лет назад и попросили о помощи. Я знала Дэни через ее дядю. — На мгновение ее взгляд рассредоточился, но она быстро взяла себя в руки. — Как бы то ни было, ты украл что-то у Подразделения и собирался за счет этого купить себе свободу. Но затем Дэни исчезла. Перед тем как идти за ней, ты оставил подсказки — это был твой запасной план. — Собака заскулила. — Ты не вернулся.

— Подождите минутку, — поднял руку Кас. — Я что-то не понял. Кто такая Дэни?

Сэм вытащил фотографию из заднего кармана брюк. Она была сложена пополам, края потрепаны, под краской виднелась белая бумага.

Странное неизвестное чувство зашевелилось во мне. Что это значит? Почему он держит фотографию в заднем кармане? Хранит как воспоминание?

— Это Дэни? — показал он снимок Суре.

Ей потребовалась секунда, чтобы ее узнать.

— Конечно.

— Я не помню ее, — проронил Сэм, пряча фотографию обратно. — Почему я отправился за ней?

— Ты любил ее, а Коннор забрал ее у тебя.

Непонятное чувство усилилось, на языке вертелись раздраженные и резкие слова. И вдруг я поняла, что это: сердечная боль. Если именно из-за Дэни Сэм создал все эти подсказки, если именно из-за нее его в конце концов поймали, то это значит, что если бы не она, Сэм бы никогда не попал в лабораторию. Я бы никогда его не встретила. Я одновременно любила и ненавидела эту девчонку.

— Я не знаю, что с ней произошло, — сказал Сэм. — Но иногда у меня возникают обрывочные воспоминания о какой-то девушке.