Я взял звено цепи пальцами.

– Тебя убили в морском сражении, да? – спросил я у пиратского предводителя. Правда, я не думал, что он или его товарищ на самом деле мертвы. Они слишком много дышали, потели и сквернословили. В это время наручник на правой руке Тезея звонко лопнул. Через мгновение осколок металла звякнул о камень где-то вдалеке.

– Нет, вовсе нет! – Его красивые глаза прояснялись в предвкушении свободы. – Геракл, это и правда ты? Проклятье, я так и думал! Кто еще может такое сделать? Значит, Танат в конце концов забрал тебя.

– Сейчас! Если он мне попадется, я сам его заберу! Я жив-живехонек.

Но объяснять Тезею, что со мной случилось, не было смысла, равно как и расспрашивать его. Внезапно он снова почти потерял сознание. Я снял с его головы шлем, но это ничего не изменило. Пока он сидел на Троне Леты, вывести царя пиратов из полубессознательного состояния более, чем на несколько мгновений, было невозможно. Он лишь слабо повторял мое имя, пока я его тряс.

С силой потянув другую цепь – она оказалась крепче, чем я думал, но я в конце концов справился, – я окончательно освободил Тезея и поставил его на ноги.

Он пошатнулся, но не упал. Как только я разорвал его связь с Троном Леты, он уставился на меня как человек, только что очнувшийся от кошмара, и я увидел пот на его ожившем лице. В следующее мгновение он сорвал с себя праздничные одежды и теперь стоял во тьме нагой, дрожа всем телом.

Бросив взгляд на ряд сидений, я не увидел ничего, разве что мне показалось, что там было еще третье занятое сиденье. Я спросил, что случилось с его амазонкой, Антиопой.

Тезей коротко ответил, что ее здесь нет.

В это время я разрывал цепи Пирифоя. Тот, когда поднялся на ноги, не стал сбрасывать праздничных одежд. Он, как и Тезей, был вполне себе жив.

Я заметил это вслух, когда они бросились в объятия друг другу.

– Мы мертвы не более, чем ты, клянусь мошонкой Зевса! – прорычал Тезей.

– Я бы сказал, вы были весьма близки к ней. Ладно, если вы не были убиты в бою, то как вы сюда попали?

– Мы пришли за Персефоной, – пробормотал Пирифой.

Несколько мгновений я просто не верил ушам своим.

– За кем?!

– Сам знаешь – за женой Аида.

– Я знаю, кто такая Персефона, она здешняя царица, супруга Аида, или можешь называть его Плутоном или Дисом. – Уперев руки в боки, я покачал головой. – Я и представить себе не мог, что найдется дурак, который может на такое осмелиться.

Тезей пожал плечами – он словно упивался вновь обретенной свободой движений. Мои резкие слова не задели его. Теперь я думаю, что ему было просто приятно в присутствии кого-нибудь достаточно сильного снова играть свою излюбленную роль беспечного мятежника.

Он продолжал:

– Мой друг Пирифой воспылал к ней страстью. А когда такое случается, то что мужчине делать? И мы решили ее похитить. Я думал, как только вернемся на корабль… – он снова пожал плечами и не стал продолжать.

– Ты думал? Ты думал, что вот так, запросто украдешь богиню? Я бы не сказал, что ты вообще о чем-то думал. И как ты умудрился сюда забраться? И где твой корабль?

– Тут есть река Ахерон. Истоки ее в верхнем мире, но она уходит в пещеру. Мы поплыли по ней. Но, боюсь, корабль наш погиб.

Я кивнул.

– Мне кажется, тут не один вход, – заметил я. – Возможно, их много.

Тезей медленно покачал головой.

– Не слишком удачная была мысль, да? – признался он. – Ну, да мы оба были тогда малость поддамши.

– Я бы вообще не назвал это мыслью. Украсть супругу Аида! Даже два тупых пирата должны соображать получше!

Пирифой прорычал что-то нечленораздельное. Полагаю, что Аид даже в безумии своем наверняка был поражен их смелостью, но она ему не понравилась. Схватив наглецов, владыка Подземного мира сказал, что приглашает их на пир, и обрядил в праздничные одежды. А затем усадил их на Троны Леты, и они должны быть благодарны, что он чего пострашнее для них не придумал.

Тезей сейчас пришел в себя настолько, что до него наконец дошло, что они сделали.

– Ты когда-нибудь попадал в лапы бога, Геракл? Может, ты и могуч, но… когда тебя сгребают, как ребенка, и спутывают, как сандалию зашнуровывают? Когда такое случается, человек мало что может сделать. Даже такой могучий, как ты.

– Да, мало. Но позволь мне тебя спросить еще раз, раз уж ты пришел в себя. Ты нигде не видел Таната?

Аид показал мне лик Смерти и рассказал мне какую-то историю, но жажда мести не позволяла мне вот так запросто уйти.