— А, понятно. — У Адары явно отлегло от сердца. Она улыбнулась и вдруг посмотрела на пришельцев с таким добрым, бдительным и проницательным видом, что они поняли — в ней вполне можно было заподозрить ум, никак не меньший, чем говорили дориги. — Передайте Гейру, потери у нас невелики, — сказала она. — Но нас держат в плену. Дориги требуют снять слова с колодцев, а я, конечно, им объяснила, что сделать это может только Гест. Было бы хорошо, если бы Гейр пошел к Гесту и все ему рассказал. Найти Геста может Сири. Передадите?

Пришельцы пообещали.

Тогда Адара добавила:

— Я вам очень благодарна. И еще — не знаете ли вы, кто собирается превратить Низины в озеро? — Она посмотрела на доригов, которые их внимательно слушали. — Ведь вы сказали, что это не вы, правда?

Дориги кивнули, помотали головами и пожали плечами.

— Это мы, — мрачно ответил Джералд. — То есть другие великаны из Лондона.

— Понимаю, — кивнула Адара. — Весьма некстати и вам, и нам. Спасибо за рассказ. А теперь можно я заберу гривну Гейра? Или он отдал вам ее насовсем?

— Э-э… по-моему, насовсем, — замялся Джералд. — Но если хотите, возьмите.

— А он произнес над ней слова? — спросила Адара.

Джералд кивнул.

— Тогда мне ни в коем случае нельзя ее брать, — сказала Адара.

Она собиралась еще что-то добавить, но тут крякающая дама сделала решительную попытку пробиться к воротам, и дориги подались назад, чтобы удержать ее. Увидев, что они зашевелились, пчелы снова приблизились.

— Кончайте! — с явным раздражением крикнул через плечо один из доригов.

Адару повели обратно. Секунду спустя склон зарокотал и снова превратился в гладкий дерн, над которым яростно жужжали пчелы. Они были единственным напоминанием о том, что здесь были Адара и дориги.

— Ну прямо как сон! — вздохнула Бренда. — Правда, она прелесть?

Как только два великана отправились в путь, Гейр решил, что надо обязательно найти скрывшееся в доме холодное мерцающее зло. И хотя ему ни чуточки этого не хотелось, но он сказал: «Давайте запечатаем все окна и двери и посмотрим дом».

Такое внезапное рвение удивило Айну и Сири, но согласились они охотно. Весь следующий час они провели, бродя по квадратным просторам великанского дома, — и это оказалось необыкновенно приятно. Комнат великанам было нужно столько, что это просто поражало.

— Наверное, это потому, что они такие неуклюжие, — предположила Айна.

Но никто не мог объяснить, зачем великанам столько вещей. В каждой комнате было навалом часов, подсвечников, башмаков, ружей, кувшинов и всякой всячины. Одна комната внизу оказалась битком набита жесткими стульями и десятками фигурок, сделанных из раскрашенной глазированной глины. Дети решили, что это, должно быть, какое-то святилище, и почтительно притворили дверь. И тут Айна открыла другую дверь в конце короткого коридорчика.

Едва она это сделала, как Гейр понял, что зло совсем близко. От квадратного пространства так и несло злом. Гейра страшно удивляло, что Айна и Сири этого не чувствуют. Они пришли от комнаты в восторг. Комната была обшита темными панелями, а ромбовидные окна выходили в сад. Там стояли удобные старые кресла, обшарпанный стол, большие книжные шкафы, а в углах громоздились горы всякого позаброшенного добра. Айна и Сири бросились разглядывать чучело щуки — Сири подумал, что это, может быть, даже дориг, — и длинный деревянный шест с голубым клинком — Айна подумала, что это, может быть, какая-то особая разновидность копья. Они заглянули в несколько книг. Но письмена были незнакомые, и поняли они только картинки. Айна оставила книги и решила изучить ящики стола. В верхнем она обнаружила набор фальшивых зубов и прыснула со смеху. А потом открыла следующий.

Гейра накрыла волна холодного мерцающего ужаса. Она была так обжигающе сильна, что Гейр кинулся через всю комнату.

— Ой! — сказала Айна. — Глянь-ка, Сири. Почти как мамина. — И она протянула руку, собираясь взять то, что лежало в ящике.

— Не трогай! — закричал Гейр.

Айна отдернула руку и изумленно поглядела на брата.

— Почему?

— На ней проклятие!

Гейр заставил себя подойти к ящику и заглянуть в него. Там лежала прекрасная золотая гривна, богатая, сверкающая, несмотря на пелену пыли. Гривна была в точности как у Адары, только у той гривны на концах были ястребиные головы, а у этой — пучеглазые совиные. От зеленого золота в лицо Гейру ударил ледяной порыв зла. Каждый завиток узора был напоен ужасом. Гривна была такая вредоносная, что Гейр почувствовал себя слабым и больным. Еще бы дом не мерцал, если в нем хранилась такая гадость!

— Откуда ты знаешь, что на ней проклятие? — спросил Сири. — Это все одни догадки!

— Сам подумай! — отозвался Гейр, едва дыша от смертельного холода. — Ее же никто не носит, а по пыли понятно, что она лежит в этом ящике несколько лет! Она должна была давным-давно превратиться обратно в руду! Так хранится только проклятое золото!

— Точно, — проговорила Айна. — Только когда ты на меня закричал, ты ее еще не видел. — Она задрожала. — Знаешь, Гейр, я бы променяла мой Дар на твой.