На следующий день я оставил Тимура в доме и ушел по делам. Когда я вернулся, его уже не было. Вместе с ним не было музыкального центра и каких-то мелких денег, которые оставались в доме. После того случая я окончательно разочаровался в «братве».

Время от времени я встречался с Ириной. С каждой новой встречей мое влечение к ней становилось все сильнее. Это было новое, не знакомое доселе чувство. Мне стало казаться, что она — самая красивая девушка во всем мире. В моих глазах ни одна из отцовских секретарш не могла сравниться с ней. Да что там секретарши — ни одна актриса и ни одна модель. Ирина была дьявольски красива. Когда я её видел, кровь моментально закипала и мне хотелось слиться с ней бесконечно долгом поцелуе. Но каким бы романтическим ни было наше свидание, дело никогда не заходило дальше разговоров:

— Переезжай ко мне, — говорил я. — Давай вместе жить.

— Давай сначала решим вопрос с квартирой в городе, — отвечала Ирина.

Меня убивала её практичность. Я ненавидел её за это, но мое влечение к ней было сильнее, чем моя ненависть. Как я ни старался, у меня не получалось преодолеть её стену.

Однажды мы с Пашей и его женой поехали купаться на озеро, и там я встретил Ирину — в купальнике. Она только-только вышла из воды и вытирала волосы полотенцем. Я смотрел на неё, как завороженный, и тут, напротив нашего 41-го «Москвича», остановился черный «Митсубиси Паджеро». Легкой походкой балерины Ирина подошла к этой машине и прыгнула в салон. Для меня это был шок. Я смотрел, как «Митсубиси» с моей возлюбленной отъезжает прочь.

— Вот так, — хлопнул меня по плечу Паша, — «Солнышко» такая!

— Доставай водку, — сказал я.

В тот момент мне хотелось любым способом забыться, чтобы не думать о том, что сейчас делает Ирина в этой машине. Я не верил, что она такая. Для меня она была слишком красивой, чтобы быть продажной. Я не верил, что она встречается только с теми парнями, которые снимают ей квартиры и катают на дорогих тачках. На следующем свидании я спросил её об этом «Митсубиси»:

— А это Виталик, мой знакомый, — непринужденно ответила она, — Он, кстати, тоже питерский, из Колпино.

Видя, что я сижу растерянный и поникший, она рассмеялась:

— Не ревнуй, — сказала она. — Мы с ним просто приятели.

Сердце подсказывало, что никакие они не «просто приятели», но я все равно верил её словам. Не знаю почему, я не мог устоять перед её голосом, её улыбкой, её взглядом. Из её уст я мог принять любую ложь и поверить в неё. «Может, они и правда просто приятели», — обманывал я себя, любуясь её глазами.

Лето заканчивалось. У моей возлюбленной должен был начаться учебный год. На одном из наших свиданий она, как бы невзначай, спросила:

— Мне скоро надо ехать в Питер, что у нас с квартирой?

— Не волнуйся, — ответил я. — Если я пообещал, значит сделаю.

Тогда я ещё не представлял, как я буду выполнять свое обещание.

— Если у тебя не получается, скажи мне об этом сейчас, чтобы я на тебя не рассчитывала, — сказала она. — У меня ещё есть время что-нибудь подыскать самой.

Её слова звучали провокационно. «Другой вариант жилья — это значит другой парень», — подумал я. Эта мысль вгоняла меня в ужасную депрессию. Интуитивно я понимал, что всё это неправильно — отношения двух людей не должны строиться на материальной основе. Но я обманывал себя тем, что со временем смогу «завоевать» её любовь, а квартира — это лишь одна из ступеней этого «завоевания». «Когда она полюбит меня всем сердцем, наши отношения не будут меркантильными», — наивно подумал я и твердо ответил:

— Будет квартира.

Вопрос надо было решать скорейшим образом. «Если я не организую жилье, это сделает кто-нибудь другой, — был уверен я. — Например, тот же Виталик из Колпино, на Митсубиси». Этого я не мог допустить никоим образом.

Следующий заказ на компьютеры мог поступить только в конце месяца, а мог и не поступить вообще. В этом деле не было никакой стабильности. Квартира же была нужна сейчас. Ждать не было времени. До этого момента вопрос денег никогда не ставился для меня так остро. Я понимал, что при всем желании за несколько дней не успею заработать нужную сумму. Оставался только один выход — мошенничество.

Тогда, я решил «кинуть» фирму «Оникс», в которой закупал компьютеры. «С переездом в Питер, моя торговля компьютерами в Новгородской области закончится, — подумал я. — Сделаю последний заказ, а деньги за него не верну». Таков был мой план.

Я позвонил в «Оникс» и попросил, чтобы мне дали под реализацию ноутбук. В те времена ноутбуки стоили очень дорого. Конечно, я выбрал самую дорогую модель. Поначалу они согласились, но, когда я приехал за ноутбуком в офис, в последний момент что-то поменялось.