Шрифт:
Рассердилась тогда Амелфушка Родовна, говорила сыночку во гневе:
— Как же ты, сын Солнца, женился да на ведьме с зелёной кожей?! Аль ты Бурей-Ягой околдован? Не ножища у ней — а грабли, не ручища у ней — а вилы, вместо носа — совиный клюв, ногти — когти, кинжалы — зубы, не волосья — ковыль-трава, кожа — что елова кора!
Велес матушке так отвечал со печалью:
— Видно, так мне завязано Макошью. А судьбину свою разве мне одолеть?
Как сказал те слова сам бог Велес сын Сурич, так отправился он погулять, в чистом полюшке дичь пострелять.
Как езжал — так наказывал матушке:
— Ай же ты, родимая матушка! Ты люби-береги Ясунюшку! Не жалей ты ей яства сахарные! И пои её мёдом-сурьей. Спать клади в постели пуховые…
Как уехал он в чистое полюшко, так Амелфушка банюшку натопила и позвала туда Святогорку. И горючий камень во бане нажгла, и на грудь Ясуне поклала.
И вскричала тут Святогорушка громко — горы дальние потряслися, Мать Сыра Земля всколебалась.
И тогда Амелфа Земуновна одевала Бурю в рубашечку белую. И в колодушку белодубову во рубашечке положила. И три обруча железных она набивала — всё на ту колодушку погребальную, а потом её опускала во Смородину речку печальную…
И тогда понесло колодушку ту по Смородине-речке ко Pa-реке, а затем прямо к устьюшку в синее море.
Как у Велеса, сына Сурьи, в это времечко спотыкнулся конь. Острый меч его в ножнах затупился, слёзы частые из глаз покатилися.
— Знать, случилося что-то неладное с родной матушкой моей аль с супругою милой…
И вернулся бог Велес скорым-скоро с чиста полюшка в край родимый. Прискакал он к терему матушки, ко порогу её златому. И встречала его Амелфа.
Говорил он тогда на пороге:
— Ой же ты, моя родная матушка! Не тебе меня надо было бы встречать, за узду коня у порога держать, в светлу горницу провожать… а жене моей дорогой!
Отвечала ему мать Амелфушка:
— А жена твоя дорогая так была горда и спесива, у окошечка всё сидела или на кровати лежала, не пила она и не ела… и сбежала за синее море…
Велес-бог спрашивал тут сестрицу Алтынку:
— Ты скажи-ка мне правду, сестрица моя, где моя дорогая супруга?
И ответила так родну брату Алтынка:
— Так она плывёт теперь в синем море во колоде из белого дуба. Проводила тебя мать Амелфа, натопила парную банечку и позвала в ту баню Ясунюшку. И нажгла она в бане камень бел-горюч и её тем камнем свалила, и в колодушку мёртвое тело клала, крышку гроба заколотила. И пустила колодушку во Смородину, и поплыла колодушка к синему морю…
И пошёл тогда к синю морюшку Велес во печали и горе лютом, вместе с ним пошла и сестрица Алтынка. И закинул он частый невод. И вытягивал сам колоду, а потом её на щепы топором разбивал и раскалывал поперёк… И Ясунюшку спящую там находил, её тело слезами облил.
И рекла тогда брату Алтынушка-дева:
— Плачь над телом супруги, Велес!
Но прорёк тут Велес сын Сурич:
— О жена моя дорогая! О Ясунюшка Святогоровна! Почему и за что тебя погубили? Почему ж тебя так и не полюбили? Заколдована Сыном Змея, обратилася ты в старуху. И никто за ужасным ликом не увидел прекрасный лик, не узнал в тебе дочь Плеяны и великого Святогора…
И собралися к мёртвому телу небожители и волхвы. И все плакали они, причитали… И сказал им тогда сам бог Велес премудрый:
— Среди вас вижу много я плачущих и горюющих понапрасну! Но не вижу я — оживляющих. Кто бы смог вернуть Святогорушку к нам из Навьего Сумеречья!
И взмолился тогда Велес Суревич к Роду-батюшке Прародителю, к богу Сурье-Ра и Корове Земун.
И услышал тогда Род Рожанич моленье, что от сердца Велеса изошло. И приблизился к гробу бог Солнца Ра, вместе с ним явилась и Корова Земун — златорогие Тур вместе с Турицею. Подошли они к телу Бурюшки-Яги, разомкнули её хладные уста и разверзли её глаза.
Дали выпить из рога звёздного боги горние суряницы, совершив великий обряд, таинство по воле Родителя. И вздохнула тогда Святогорка, поднялась она из колоды и у брега моря встала.
И раздался с небес Рода Вышнего глас:
— Велес! Как же ты взял жену, а у матушки не спросился? Брак не брак, коль против родители! Пусть отныне Буря-Яга будет маяться в Навьем царстве, ну а Велес великий вернётся в Явь. Распаялися ваши кольца златые! И отныне перед Вышним Родителем не супруги вы по Закону!