Видел бы меня Отанас. Наверняка приголубил бы излюбленным методом - сто кругов по плацу в полном боевом облачении легкой пехоты, а потом еще столько отжиманий налегке. Сколько я еще выдержу? Скольких отберут у меня предки прежде, чем решат, что хватит с беспутной дочери степей и темного престола? Боюсь, пропали усилия папаши даром, и вырос вместо достойного наследника дикий степной сорняк: и вырвать невозможно - новые побеги каждую весну пускает, и полезного от него мало.

 Вокруг меня черные мокрые стены. Нос щекочет отчетливый запах гари. Под ногами скрипят осколки неизвестно чего.

 Я увидела лестницу вниз. Встала на первую ступень и замерла. Глазами пожирала последнюю, но преодолеть несколько метров пространства казалось невыполнимой задачей. Я сглотнула, прислонилась к стене и сползла вниз, пачкая одежду жирной сажей. На беду подскользнулась - вот и еще одна ступенька осталась за спиной.

 Хватит!

 Нет...

 Да, демон подери!

 Я глубоко вдохнула, на секунду прикрыла глаза, встала и опираясь на стенку спустилась вниз. Короткий коридор с запахом потухшего костра и магии - я у цели. Остается только войти и убедиться в том, что является непреложным фактом, но если это так, то что же я здесь делаю? Никогда не считала себя мазохисткой, но видимо ей являюсь отчасти: мучаю исключительно себя по особенным поводам. раз в десять лет.

 Магический взрыв разворотил перекрытия этажей и крышу над ними. В дыру я видела не редкость не радостное голубое небо и облезлый краешек Сао. Обломков почти не было: пол покрывал толстый слой спекшейся массы, стены из отвесных стали выпуклыми и потрескались. Посередине комнаты огромная выемка, очевидно сюда угодила заклинание.

 Глупое сердце. Неоправданная надежда. И я сама идиотка.

 Ноги подогнулись. Я рухнула на колени, закрыла лицо рука и послав весь мир мир отдохнуть за Гранью завыла в голос. Я потеряла Снэйка...

 - Ну и долго ты собралась концерт устраивать? У меня и так голова на части разваливается. Кель, сделай одолжение - заткнись, а?

 Рыдания застряли в горле. Я подняла голову вверх, откуда шел голос и обомлела: сверху в дыру свешивалась знакомая блондинистая голова. Изрядно помятая, но живая и чрезвычайно злобная.

 - С-снэйк?!
– судорожно выдохнула я.

 - Ага, он самый, кажется...
– поморщился кумба.

 - А т-ты как...
– я вытаращилась на него, все еще не веря в происходящее.

 - Был бы обычный взрыв, то хана бы мне пришла, а из-за огромной концентрации магии сработал защитный механизм расы. Меня в превращение выкинуло, но я и от него едва не скопытился, ибо почти мгновенно перетечь из восьмидесяти килограмм в существо весом несколько тонн и с иной физиологией...
– блондин вздохнул.
– Это знаешь ли очень больно! У меня, полк демонов в задницу этому некроманту, глаза лопнули и скальп слез! Я же как личинка из этого тела вылупился! Найду и заставлю испытать тоже самое, - рывкнул змеиноглазый.

 - Н-но заклинание...
– пробормотала я.

 - Сама с ним разбирайся, - буркнул Снэйк.
– Я тоже отдачу почувствал. Магией так хлестнуло, что как дышать забыл. Не надо на меня больше эту гадость вешать, - прокряхтел блондин.
– Убью!
– добавил Правая Рука.

 - М-меня?
– от внезапной радости голова плохо соображала.

 - С-себя!
– прошипел темный.
– Ты совсем свихнулась на радостях? При чем тут ты? Тварь эту удавлю!

 - Слушай, ты мог бы выражаться конкретнее?!
– взвилась я. Появилось желание лично добить недобитое врагами насекомое и плевать, что пять минут назад я по нему слезы ручьями лила.

 - Ташеша!
– выплюнул имя кумба.

 - Кого?!
– появилось желание покрутить у виска пальцем.

 - Ни-ко-ло-са Та-ше-ша, - по слогам произнес Снэйк.
– Ну, гвардарца, с которым мы еще десять лет назад сталкивались. Как и тогда он опять по другую сторону баррикад работает. Это он швырнул в меня заклинанием. Кель, давай, собери мозг в кучку, подкрути извилины. Нам надо его отловить и заставить говорить. Ташеш наша единственная ничтока к тому, кто стоит за его спиной.

 Посмотри на него, без пяти минут одной ногой в могиле стоит, а командовать пытается. Сейчас он меня до постельного режима в течение полугода договориться. Будет сидеть на овсяном печенье и на горячем молоке с медом. И пенкой!!!

 Я встала, отряхнула колени, щелкнула костями пальцев на обеих руках, сплела "аркан" и сдернула Снэйка сверху. Правая Рука завопил, схватился за талию и прохрипел пару вежливых выражений в мой адрес.

 Это я его не рада видеть? Это я кошмар всей его жизни? Это я ему днем и ночью покоя, а также отпуск за пятнадцать лет верной службы не даю?! А он контракт читал? Ему не отпуск, ему пенсия за выслугу лет положена, ровно такая, чтобы место на кладбище купить, скромный гробик и небольшой памятник, но если еще раз о выходных заикнется, то и этого лишу! Вылетит пинком под симпатичный зад на грязную улицу сразу после больничного! Почему не прямо сейчас? Ну, еще скажут, будто я работодатель никудышний...