Под решеткой вентилятора, на складном металлическом стульчике сидел пожилой мужчина. Судя по всему, это был сторож. Охранником он быть не мог – возраст не тот, да и комплекция оставляла желать лучшего. Похоже, в управлении мостов и туннелей туговато с деньгами. Мало того, что посадили у входа этакую развалину, так даже и на стол ему не расщедрились! Старик держал в руках комикс. Джеймс чуть присел и вгляделся в название на обложке: "Люди в черном".

Услышав шаги, эхом отдававшиеся под высоким потолком, сторож поднял голову.

– Вы к кому? – спросил он у Эдвардса.

– Мне дали визитную карточку, – коротко и туманно ответил Джеймс, чувствуя себя полным идиотом.

– Лифт прямо. – И старик вновь углубился в чтение.

Эдвардс пожал плечами и направился к лифту. В кабине оказалась одна-единственная кнопка. Нажав ее, он в который уже раз уставился на визитку. Знать бы, что все это означает. Неужели нельзя было объяснить по-человечески?

Лифт остановился и дверь открылась – но открылась она у Эдвардса за спиной. Джеймс резко обернулся, безуспешно стараясь справиться с нарастающим раздражением. Ну у них тут и порядочки! Предупреждать надо!

За дверью помещалась комната, посреди которой, возле круглого белого столика, стоял плотного сложения чина с бородкой а-ля Гарри Гаррисон, в черном костюме и белой рубашке с черным галстуком. Наряд был точь-в-точь как у того хмыря, который всучил Эдвардсу визитку. Не иначе они эти костюмы закупили оптом на распродаже.

– Вы опоздали, – сурово сказал бородатый. – Садитесь.

Джеймс огляделся. У стены выстроились в ряд семь кресел с высокими полукруглыми спинками, полого переходившими в некое подобие балдахина над головой сидящего. Из-за этих спинок кресла сильно смахивали на громадные птичьи яйца, в которых кому-то вздумалось продолбить сбоку скорлупу и вбить туда сиденья. Одно кресло пустовало. Остальные шесть занимали ребята в военной форме, глядевшие на Эдвардса не то чтобы с осуждением, а с характерным для вояк презрением к штатским: шпак он и есть шпак, что с него возьмешь… Джеймс подавил желание показать язык и опустился в седьмое кресло.

– Меня зовут Зет, – представился бородатый. – Сегодня здесь собрались лучшие из лучших. Морская пехота, ВВС, рейнджеры, полиция Нью-Йорка…

Мы выберем кого-то одного. Вам предстоит пройти ряд простых тестов на координацию, наблюдательность, выносливость… Я вижу, вы хотите о чем-то спросить?

– В точку, – отозвался Эдвардс, уже с минуту тянувший руку. – Я что-то не пойму, зачем вообще нас здесь собрали.

Вояка, занимавший кресло по соседству с Джеймсом, вскинул руку. Эдвардс поморщился. Прямо как в школе: "Я, я знаю, спросите меня!"

– Пожалуйста, сынок, – милостиво кивнул Зет.

– Лейтенант Джейк Дженсен, сэр! – доложил солдатик, вскакивая с кресла. – Академия Вест-Пойнт, отличник учебы! Нас собрали потому, что вам требуются лучшие из лучших, сэр!

Зет утвердительно кивнул. Солдатик искоса поглядел на Эдвардса и сел на место.

Джеймс рассмеялся. Он догадывался, что его смех неуместен, но не мог с собой совладать.

Зет посмотрел на него так, как хозяин смотрит на домашнего любимца, сделавшего лужу на коврике в прихожей.

– Что смешного, Эдвардс?

– Да этот ваш Капитан Америка: "Лучшие из лучших, сэр", – передразнил Джеймс. – "Отличник учебы"… Не знает, в чем дело, и радуется коту в мешке. А ответа просто не знает. Разве не забавно?

Судя по сурово-безжизненным физиономиям вояк, им происходящее забавным не казалось. Ну конечно, откуда у этих обормотов чувство юмора? Таким только флаг в руки да вперед, под барабан с голыми руками на танки. Ослы в погонах!

Зет заломил бровь и бросил взгляд через плечо на зеркальное стекло в стене напротив ряда кресел. Видимо, за этим стеклом находился некто, чье мнение также имело значение для определения победителя. Потом он снова посмотрел на Эдвардса и произнес:

– Хорошо, господа, приступим.

Как выяснилось, на каждом кресле лежала анкета с вопросами, и эту анкету требовалось заполнить. Эдвардс попытался было писать на колене, но быстро понял, что ни к чему хорошему это не приведет: ручка то и дело прокалывала бумагу, вместо более-менее ровных строк получались каракули.

Некоторое время он понаблюдал за бравыми вояками, мужественно преодолевавшими трудности: кто писал, держа анкету на весу, кто пытался пристроить ее на внутреннюю поверхность кресла-яйца. Потом взгляд Джеймса упал на столик посреди комнаты. Джеймс решил плюнуть на условности: поднялся, вразвалочку подошел к столику, примерился – и поволок его к своему креслу. Столик оказался на редкость тяжелым, и комната огласилась омерзительным скрежетом. Не обращая внимания на вояк, которые смотрели на него как мышь на крупу (а втайне наверняка завидовали его блистательной наглости), Эдвардс подтащил столик к креслу, уселся, положил анкету и прокомментировал:

– Так удобнее.

Надо сказать, вопросы в анкете были предурацкие. Чего стоил, к примеру, такой: "Когда вы подставляете ложку под струю воды из крана, в каком случае брызги разлетятся дальше: а) если держать ложку выемкой вверх или б) если держать ложку выемкой вниз?" Другой вопрос представлял собой целую историю: "Мистер Уайт водит поезда.

У мистера Ли есть собака. Мисс Джонс не ходит в церковь по воскресеньям.

Мистер Чин живет по соседству с миссис Макгроу". И так далее. А узнать составители анкеты хотели следующее: "Кому принадлежит зебра?"