Со вчерашнего дня я так и не переговорила с Дунканом, и меня до сих пор мучил вопрос – как Локи, который мог любого из искателей запросто отправить в забытье одним своим взглядом, умудрился попасть в плен?

– А он не увидел во мне угрозы, у меня же обманчивая внешность. – Дункана распирало от важности, и я не стала портить ему удовольствие. – Он расслабился, а тут его наши быстренько повязали.

– А что он делал, когда вы его заметили?

– В окно заглядывал.

– Наверняка Венди высматривал, – небрежно бросил Туве, и стул резко метнулся в мою сторону, я еле успела подобрать ноги. – Извини.

– Аккуратнее.

Я на всякий случай забралась на стул с ногами. И тут же поймала сердитый взгляд Элоры. В голове раздался ее голос: «Принцессе так сидеть не подобает». Я притворилась, будто ничего не вижу и ничего не слышу.

– А почему ты решил, что он искал меня?

Ведь Локи позволил мне сбежать, зачем бы ему меня разыскивать.

– А он на тебя запал, – без церемоний ответил Туве.

– Венди, вот ты принцесса, – сказала Вилла так, словно я про это забыла, – нет ли у тебя монаршего желания устроить нынче вечером девичник?

Я с недоумением воззрилась на нее. Порой затейливый ход мыслей Виллы ставил меня в тупик.

– Мы так мало видимся в последнее время, вот я и подумала, как бы было здорово сделать маникюр, накрасить ногти, посмотреть кино, – объяснила Вилла. – Ты так много перенесла, тебе необходима релаксация.

– Кстати, небольшая пауза в мыслительной деятельности может благотворно отразиться на твоих тренировках, – сказал Туве.

– Вилла, я бы с удовольствием, но я хочу сегодня повидать Мэтта. В последние дни я его почти не видела.

– Но Мэтт все равно занят, – сообщила Вилла, поправляя застежку на браслете. – У них с Ризом какие-то планы на вечер. Ну, там, дела братские, узы семейные, всякое такое.

Я смотрела на стул, который словно по рельсам ездил взад-вперед, подчиняясь воле Туве, и изо всех сил старалась не принимать близко к сердцу слова Виллы. Мэтту и Ризу нужно проводить время вместе, и я постоянно занята. У них все хорошо, у меня все хорошо, и вообще у всех все хорошо.

Злосчастный стул наконец кто-то занял, и Туве театрально вздохнул. Элора строго глянула на него, но Аврора на своего сына не обратила никакого внимания. Она вечно критиковала и меня, и Элору, хотя ее сын отнюдь не блистал изысканными манерами. Если я еще пыталась соблюдать этикет, то Туве не признавал никаких правил.

– Не мало ли вас, не надо ли нас, – прокомментировала Вилла прибытие новых трилле.

Многие маркисы и марксины стояли с искателями, потому что сесть уже было некуда. Элора откашлялась, собираясь открыть королевский совет, но тут в зал протиснулись еще два искателя. И хотя вход я видела лишь боковым зрением, но Финна и его отца Томаса узнала сразу. Они пристроились у самых дверей. Финн, по своей неизменной привычке, скрестил руки на груди, а Томас прислонился спиной к косяку.

– Тяжелая артиллерия прибыла, – прошептал Туве.

– Что? – Я с большим трудом оторвала взгляд от Финна.

– Финн и Томас. Лучше них нет никого. Дункан, только без обид.

– Да какие там обиды, – отозвался Дункан, по-моему, совершенно искренне.

– Приступим к обсуждению. – Элора повысила голос, чтобы перекрыть ровный гул, стоявший в зале.

Мгновенно наступила тишина. Элора пробежала взглядом по публике. Взгляд этот двигался по хитрой траектории, намеренно огибая место, где стоял Томас. А Финн, в свою очередь, старательно смотрел куда угодно, только не на меня.

– Благодарим вас. – Аврора растеклась сладкой улыбкой.

– Как вы уже знаете, в наш дворец проник враг, – начала Элора ровным голосом. – Благодаря системе сигнализации и отличной реакции искателей он был схвачен и не успел причинить вреда.

– А правда, что это маркис Стод? – спросила марксина Ларис, манерная и немного нервная женщина, всегда чересчур любезная. Помню, она как-то восторженно нахваливала мои вечно неприбранные волосы за естественность.

– Да, нарушителем оказался маркис Стод.

– Маркие? – шепотом воскликнула я и осеклась под укоризненным взглядом Виллы.

Локи Стод – маркие? Маркисы и марксины – сливки общества и находятся на особом положении. Уж по крайней мере, руки грязной работой марать не станут. Взять хотя бы Виллу, а она еще, между прочим, одна из самых демократичных и неизбалованных марксин.

– И что ему понадобилось? – раздался голос из зала.

– Это совершенно неважно. – Канцлер с усилием поднялся и отер крупную испарину. – Мы должны дать понять витра, что не позволим себя запугать. Стода следует казнить.