Мы вернулись в дом, где Ферилир переоделся и заглянул ко мне в комнату.

Разговор начался с молчания. Я кожей чувствовала, что драконов хочет сказать что-то важное, но бережёт меня, не решается. Это читалось во взгляде.

– Ну же, лорд, - поторопила его, - какие ещё беды обрушились на мою голову?

– Ваша кузина, - со вздохом ответил он и подошёл вплотную.
– Ходят слухи… Пока это просто слухи, но может статься… Словом, Аккэлия, вероятно, жива и сбежала из монастыря.

Ноги подкосились, я рухнула бы на пол, если бы не Ферилир. Он бережно подхватил меня под лопатки, усадил в кресло, предложил воды. Я кивнула и тут же получила спасительный стакан.

Пары глотков хватило для того, чтобы немного привести мысли в порядок.

– Ради этого вы и поспешили сюда?
– обретя дар речи, поинтересовалась у Ферилира. Тот покачал головой:

– Я узнал пару минут назад, через особую связь. Женщина, называющая себя Аккэлией Гинтаре Анук аи Фавел, объявилась в одной из провинций Конрана. Полагаю, вы обязаны быть в курсе.

Вздохнула, гадая, что же делать с новым знанием. Оно только осложняло жизнь. Если принцесса Аккэлия жива, если это не самозванка, она потребует вернуть корону. Одно радует: формально я числюсь пропавшей без вести, никто не попытается меня убить, но Салаир… Вампир непременно станет шантажировать прошлым новоиспеченную Тристу Ллах. Чем всё кончится, понятно - Исория аи Фавел попадёт либо в руки лорда Аксоса, либо мятежников.

Почему Ишта не свела бывшего мужа с Аккэлией, почему он выбрал меня? Ответ известен: лорду Аксосу гораздо важнее кровь, чем степень родства с почившим монархом. Да и Тень по определению покорна.

– Что же мне делать?
– забывшись, задала вопрос вслух.

Плечи поникли, голова понуро опустилась.

Слабое я создание - опять тянуло поплакать в подушку, но не при драконове же.

Меньше всего ожидала, что Ферилир сделает шаг вперёд, сожмёт ладонь и накроет своей. Прежде, чем успела изумиться, драконов пробормотал:

– Я помогу вам, тиара, никогда не брошу.

– Лорд Ферилир?
– подняла на него округлившиеся глаза и вырвала ладонь. Ещё один Аллоистель? Может, я и дурочка, но не наступаю на одни и те же грабли. Красивые слова, громкие обещания - всё ложь.

Драконов в сердцах ударил кулаком по столбику кровати и упёрся лбом в холодное дерево. Из его груди вырвался тихий стон.

– Простите, - наконец хрипло пробормотал Ферилир, - я забыл об Аллоистеле. Догадываюсь, что вы обо мне подумали. Тем не менее, я намерен помогать вам, желаете вы этого или нет. Повторяю: мне ничего не нужно от вас, никакой награды.

Мы молча замерли: я - в кресле, драконов - у кровати, - изучая друг друга. На этот раз молчание прервала я, попросив рассказать всё, что известно об Аккэлии. Выяснилось, что вот уже полгода, как о ней ничего не было слышно, а буквально на днях в монастыре случился переполох, якобы сбежала одна из послушниц. Спустя сутки, уже сегодня, в одной из деревень объявилась женщина, назвавшаяся Аккэлией. Внешность её неизвестна, драконовы апеллируют только слухами, а их могут подогревать затаившиеся противники лорда Аксоса.

– Как бы точно узнать, кто она?
– я, нервно заламывая пальцы, с мольбой посмотрела на Ферилира.

– Узнаем, - заверил драконов.
– Пока же, ради вашей безопасности, будьте вдвойне осторожны. И, - он выдержал паузу, - вам, скорее всего, придётся вернуться в Конран.

– А без этого нельзя?
– спросила, уже зная ответ. Только я надеялась увидеть родину несколько позже.

– Подумаем, - нахмурив лоб, заверил Ферилир.
– Я поговорю с дядей.

Воображение рисовало безрадостные картины. Губы плаксиво скривились. Чтобы этого не заметил драконов, отвернулась: хватит слёз на публике. Но вышло иначе: через пять минут я рыдала на плече Ферилира. Понимала, что глупо, но не могла удержаться. Нет, я честно собиралась перебороть слабость, поблагодарила драконова за предложенную помощь, ни на что не жаловалась, он всё сам. Подошёл и напрямую предложил не скрывать эмоций. Я недоумённо глянула на Ферилира, а тот сообщил, что согласен быть жилеткой. Само собой, отказалась, но потом сдалась, услышав тёплые нотки в голосе. Маленькая девочка, привыкшая к крепкому плечу отца. Только опереться на него удавалось так редко!

Ферилир терпеливо внимал моим всхлипам, временами робко касаясь волос. Потом крепко обнял, прижал к себе и прошептал, что всё будет хорошо. Знакомые, слышанные уже однажды слова, отрезвили, заставили утереть слёзы и отстраниться.

– Лорд Ферилир, простите мне несдержанность, - потянулась за платком и промокнула глаза.
– Я доставила вам слишком много хлопот.

– Приятных хлопот, - улыбнулся драконов.
– Всё, что связано с вами, не в тягость.

Недоверчиво вздёрнула бровь. Если это не флирт, то что же? Однако Ферилир клялся, что не жаждет извлечь никакой выгоды - зачем же тогда так себя ведёт? Да, полгода назад я поверила бы в любовь, но Аллоистель похоронил образ прекрасного принца, доказав, что чувства мимолётны, лживы и причиняют боль. Сердце всё ещё не забыло голубоглазого эльфа, всё ещё сжималось в тоске по нему.

Между тем, так хорошо было быть слабой, прижаться к кому-то - только страшно довериться, всё время гложет мысль о предательстве.

– Лорд Ферилир, мы, кажется, уже поднимали эту тему, - старалась говорить медленно, ровно и спокойно, как и подобает особе моего происхождения.
– Тогда вы заверили, что не строите корыстных планов, однако продолжаете ухаживания. Не соблаговолите ли объяснить, как это следует понимать.

– Соблаговолю, - отрывисто ответил драконов и надолго замолчал. Потом встряхнул пепельными волосами, будто приняв решение, гордо расправил плечи и одарил меня пристальным взглядом. Чёрные глаза казались самой бездной, но отчего-то я их не боялась, как не пугали уже вампирьи клыки. Когда знаешь происхождение вещей, относишься к ним иначе.