– С вами я его продолжать не намерена, - вспыхнув, с жаром возразила я.
– Владыка, вы бесчестны!

Вампир промолчал, засунул меня подмышку и вновь устремился в неведомые дали. В прочем, не такие уж неведомые - в замок рода Ольдешарр.

Подумав, Салаир заткнул мне рот кляпом из носового платка - оказывается, у вампиров такие вещи тоже имелись. Очевидно, кровь вытирать. Так что оставалось только дёргаться, мычать и молиться Иште.

Внезапно Владыка застыл, а потом резко набрал высоту.

Ничего не видя, могла лишь предполагать, что нас заметили и преследуют. Так и есть: Салаир тихо ругнулся.

Свет. Много света. Он слепил даже сквозь руку вампира.

Салаир застонал, задёргался раненной птицей и едва не выронил меня.

Угрём вывернувшись из подмышки, огляделась и издала радостный вопль: рядом парил синий дракон. Ферилир!

А там, внизу, толпились крошечные фигурки. Эльфы?

Ой, а мы ведь над опушкой священного леса. Быстро вампир летает!

– Отдай, - глухо прозвучал голос драконова.
– Не глупи, Салаир. Сам король здесь.

– Да пошёл ты!
– оскалил клыки вампир.
– Твою шкуру прокусить сумею, сам знаешь.

– Если только до кожи доберёшься, - хмыкнул Ферилир и подрезал попытавшегося скрыться Салаира.

Владыка не испугался и, мгновенно нарастив зубы, метнулся к драконову. Но нет, он не собирался кусать Ферилира - в ход пошла магия.

Драконова отбросило, закрутило. Значит, ошиблась я в предположениях насчёт колдовства, либо контроль над столицей в этом плане был строже.

Засмеявшись, вампир метнул в Ферилира сгусток молний, но драконов нейтрализовал его струёй пламени.

Страшно? Страшно, но деваться некуда, Салаир не отпускает.

Драконов заведомо находился в невыгодном положении: боязнь поранить меня ограничивала список арсенала заклинаний. Но на помощь пришли эльфы.

Мягкая, излучающая тепло сила оторвала меня от вампира и заключила в светящийся кокон. Бросив взгляд вниз, увидела Эрданасиэля, совершавшего движения, схожие с движениями человека, наматывавшего на руку верёвку. Но это была не верёвка, а тончайшая нить, тянувшаяся от основания кокона к земле.

Салаир попытался нарушить вязь эльфийского волшебства, но получил мощнейший удар крыла Ферилира. Любому другому он бы переломил позвоночник, но вампир быстро пришёл в себя и ястребом метнулся к морде драконова, видимо, чтобы выцарапать глаза.

А я в это время медленно, но верно планировала к земле и, наконец, ощутила под ногами твёрдую почву.

Двое в небе кружили, выписывая восьмёрки, пытаясь подловить соперника.

Эльфийский король не вмешивался, будто чего-то выжидая. И дождался.

Яркая вспышка - и Салаир подбитой птицей рухнул вниз. Задёргался, но почему-то не смог подняться.

– Трус!
– услышала я за спиной голос лорда Аксоса. Он гарцевал на взмыленном коне чуть в стороне от группы эльфов, одеждой дав пощёчину нормам этикета. Пальцы светились приглушённым зелёным светом.
– Знал, что проиграешь, и сбежал.

Вампир разразился проклятиями.

– Интересное плетение, - Эрданасиэль склонился над Салаиром, зачерпнул воздух ладонью.
– Двойная нить, разная толщина при малой подпитки сети силой. Чувствуется рука умелого чародея.

Регент скупо поблагодарил за похвалу и спешился. Подошёл, попросил у эльфов камзол и накинул мне на плечи. Затем приблизился к Салаиру, презрительно кривя губы. Он наслаждался бесплодными попытками вампира укусить его.

Обернувшись к Эрданасиэлю, лорд Аксос холодно поинтересовался, следует ли покарать преступника.

– Убийству нет места под сводами священных лесов, - твёрдо ответил эльф.
– Салаир Ольдешарр запятнал свою честь и подлежит изгнанию. Отныне он не имеет права ступать на землю Итеньеореталя. Проводите князя!

Двое подданных поклонились и выступили вперёд. Подхватив связанного магией вампира под руки, они легко, безо всяких крыльев подняли его в воздух и, будто собаку на поводке, увлекли за собой прочь.

– Вы не пострадали?
– лорд Аксос бегло осмотрел мои руки, шею и лицо.

– Пресветлый Эрданасиэль, - в его голосе клокотало недовольство, - я полагал, что в вашем дворце моя жена в безопасности. А её выкрали из собственной спальни! Если бы не ваши сомнения и щепетильность, и Исория ночевала в супружеской постели, ничего бы не произошло.