Нахмурилась и удивлённо глянула на Первородного, требуя объяснений.

– Увы, госпожа!
– развёл руками эльф.

– Не забывайте, в чьей вы стране, - всё внутри начало закипать.
– Немедленно пропустите меня к лорду Аллоистелю Т’Ао Меристинитиаден.

Первородный неохотно отступил и возвёл очи долу.

Аллоистель сидел с бокалом вина у окна. Не один - напротив восседал эльфийский король с тем же янтарным напитком. Я вошла не сразу, поэтому нечаянно подслушала часть разговора.

– Жаль, что ничего не вышло, - вздохнул Эрданасиэль.
– Всё так хорошо шло, но беременность… Лорд Аксос постарался, недаром все ночи проводил с молодой женой.

– Не думал, что в его возрасте получится так быстро, - недовольно пробормотал Аллоистель.

– Нужно было стараться самому. Я же дал чёткие указания, как только твой друг сообщил о спасении столь ценного создания. Если бы не был женат, то занялся девочкой сам, благо она питала ко мне симпатию.

– Я сделал всё, что мог. К сожалению, ваше величество, я не обладаю вашим богатым опытом.

– Оно и видно, что никогда не влюблялся.

Отдёрнула портьеру и шагнула к беседующим эльфам. Они мгновенно замолчали, подскочили, удивлённо уставились на меня. Первым пришёл в себя Эрданасиэль, вежливо предложил сесть, осведомился о здоровье. Ответила что-то формальное, поблагодарила и попросила оставить меня наедине с Аллоистелем.

Король подозрительно замялся, сделал какой-то знак подданному. Тот кивнул. К сожалению, не успела уловить, что показал Эрданасиэль.

Признаться, меня повергли в недоумение слова короля: никак не могла понять, о чём он. Внутри свербело, крутилось белкой в колесе предчувствие, что всё пошло не так. Что значит ‘никогда не влюблялся’? Какие указания дали Аллоистелю, какие планы насчёт меня у эльфов?

– Ваше величество, - остановила Эрданасиэля в дверях, - речь шла обо мне?

Король сделал вид, что не понял вопроса, ещё больше усилив беспокойство. Теперь точно знала, что та девочка я, что Первородные чего-то хотели достичь сближением со мной. Эрданасиэль использовал Аллоистеля, наши чувства, втянул нас в подковёрные игры.

Эрданасиэль удалился, и я обратила взор на Аллоистеля. Он будто окаменел, окружил себя невидимым щитом. Церемонно поцеловал руку, учтиво склонился в поклоне. Я не узнавала любимого. Где тепло, где ласка, где сияние бесконечно дорогих голубых глаз?

– Аллоистель, вы говорили обо мне?
– опустившись на место короля, рассеянно повертела полупустой бокал в руках. Взгляд же неотрывно следовал за Аллоистелем.
– Обсуждали мою беременность… Поверь, я сама не рада. Клянусь, я решу эту проблему! Мы подстроим несчастный случай. Поедем на охоту, моя лошадь будто бы понесёт, а ты… Ишта и все её подвижники, как же я соскучилась по тебе!
– выдохнула шёпотом и замотала головой.

Не выдержав, встала, шагнула к Аллоистелю и обняла. Реакция эльфа оказалась неожиданной: он вырвался из объятий, отступил на пару шагов и заговорил о правилах приличия. Изумлённо захлопала глазами, открывая и закрывая рот, словно рыба.

– Аллоистель… - слова не шли из горла: банально не знала, что сказать.
– Почему… Мы ведь любим друг друга!

– Не понимаю, о чём говорит ваше величество.

У меня подкосились ноги, задрожали губы. Не выдержав, разрыдалась, а потом кинулась к Аллоистелю, раскрыв объятия. В голове крутилось: кто настроил любимого против меня, что ему наговорили? Аллоистель стал таким чужим, таким холодным, так жестоко отталкивал от себя. Неужели король запретил со мной общаться? Этот разговор… Подло, гадко и подло со стороны монарха!

– Аллоистель, мы одни, тут никого нет, незачем притворяться. Неужели ты не соскучился?

Отняла руки от лица и сквозь слёзы улыбнулась любимому. Он никак не отреагировал, будто я ничего не сказала, затем тряхнул головой с такими мягкими длинными русыми волосами и выдавил из себя улыбку. Я не могла не заметить фальши.

– Исория, я пребываю в замешательстве и…

Аллоистель осёкся, замолчал, а потом огорошил правдой:

– Прошу простить, но между нами всё кончено. Не вижу смысла продолжать бесполезные отношения.

Бесполезные отношения? Не знала, что и подумать, потом, когда немного пришла в себя, дрожащим голосом спросила:

– А как же наша любовь?

Аллоистель ответил гробовым молчанием.

Я разрыдалась. Всё тело содрогалось от слёз, его колотила дрожь.

Слова лорда Аксоса обретали плоть и кровь, но сердце отказывалось верить. Аллоистель, любимый, единственный, неповторимый, не мог предать. Скорее я ошиблась, скорее все вокруг лгут!

– Ваше высочество, может, позвать слуг?