Шрифт:
– Финеас… Зафир… – просипел варяг.
– Проклятье!
Маг вскочил, бросился к дверям, но опоздал. Брандеец, опираясь на Тибора, уже скрылся в капище. Стукнув кулаком по створам, запертым колдовским замком, Финеас крепко выругался и скользнул взглядом по полю битвы. Оставшиеся в живых служки, видя исчезновение своих господ, разбегались кто куда, надеясь спрятаться в лесу. Мара присела на ступени, шумно выдохнула. Перворожденная все еще стояла на коленях, ссутулившись и закрыв глаза.
– Исилвен…
– Все хорошо, – прошелестела она. – Только не прикасайся ко мне.
Финеас наклонился к варягу.
– Живой?
Лицо Идриса кривилось от боли, однако он нашел в себе силы приподняться и указать на дверь.
– Забудьте про меня. Печать еще не истощилась, может, вытянет… Пробейте охранное заклятие. Скорее… если упустим Зафира – все зря.
Оба мага переглянулись.
Старый чародей подошел к входу в храм. Колдовским зрением оценил масштаб работы.
– Мастер Финеас, мой дорожный мешок! Он остался за скалой.
Маг кивнул.
Найдя среди своих алхимических сосудов нужный, мэтр Лидио выудил его и плеснул содержимым на дверь.
– А теперь любое таранное заклинание, – сказал он.
Финеас сдернул с шеи второй амулет, зажал в руке.
– Готов.
Мэтр сосредоточился, прошептал положенные слова.
– На счет «три». Раз… два…
«Три» вспыхнуло, громыхнуло и разнесло дубовые створы в щепки. Темный маг аккуратно переступил порог, опасаясь западни. Но ее не было. В мрачном пустом зале царила тишина, и шаги Финеаса гулко отдавались под угольно-серыми сводами.
– Там, – движением головы показал старый чародей, вошедший вслед за магом.
Финеас всмотрелся в дальний угол, подбежал к алтарю. На холодном обсидиане лежало тело верховного жреца. Из груди у него торчала рукоять ритуального ножа. Похоже, жрец сопротивлялся, но против Зафира у него не имелось ни единого шанса.
У мага вырвался досадливый возглас. Ушел! Смылся. Использовал жертвенную магию и сотворил какое-нибудь заклятие перемещения. Ищи его по всему свету!
– Здесь больше нечего делать, мэтр, – произнес он. – Надо уходить.
– Прежде запечатаем алтарь. Нельзя, чтобы на нем продолжала литься кровь, это пища хаоситов.
– Мэтр, мы не справимся с таким заклинанием. Разве только… – он задумался. – В деревне была кузня, а тут наверняка есть склад.
Финеас сорвался с места и вскоре вернулся со здоровенным молотом и внушительной киркой.
– Сумеете? – спросил он, протягивая старому чародею кайло.
Тот поплевал на ладони, взялся за рукоять.
– Да уж попробую как-нибудь.
Тело верховного жреца бесцеремонно столкнули вниз, и эхо от ударов пронеслось под сводами капища. Разбить камень в крошево было невозможно. Но раз за разом трещины вспарывали базальт и раскалывали его до самого основания. Должно хватить.
– Все, – мэтр в изнеможении привалился к стене. – По крайней мере, с этого алтаря хаоситы ничего не получат.
– Получат с другого, – еле слышно обронил Финеас.
Здесь, у храма, он наконец-то понял, отчего еще в Салике эта волшба казалась ему смутно знакомой.
Выдернув копье из раны Идриса, седобородый чародей тут же плеснул на нее только что приготовленным раствором и прижал тряпицей. Варяг поморщился. На ткани расплывалось красное пятно.
– Мастер Юрато, может быть, вы? Пожалуй, моих сил тут недостаточно, – устало вздохнул мэтр Лидио.
– Моих тоже, – пробормотал Финеас, однако принялся вырисовывать в воздухе затейливые символы.
– Леди Исилвен, – позвал старик. – Вы поможете нам? Идрису совсем плохо.
Эльфийка попыталась встать и чуть не упала. Шатаясь, приблизилась к сидящему мэтру.
– Что с вами? – обеспокоился тот.
– Магия нестабильна, – тяжело дыша, сказала девушка. – Все еще отравлена Хаосом. Мне нужно время, чтобы очистить ее. Боюсь, сейчас я не смогу…
Она снова пошатнулась и неловко сползла по стене храма, теряя сознание. Финеас едва успел ее подхватить.
– Иржи – хороший целитель, – пробормотал варяг. – Надо попасть к нему… А то мне еще Зафира ловить.
– Мэтр, свиток перемещения!
– Здесь.
Финеас поднял на руки Исилвен, мэтр и суккуба с двух сторон подставили плечи Идрису. Охряное пламя озарило их лица, а в следующий миг на храмовом дворе уже не было ни одной живой души.
12
– Ну и долго еще вы собираетесь у меня жить? – вопросил моравец, сердито шлепая на живот Идриса полотенце, пропитанное целебным составом. – Скоро вся еда закончится. И невесту в дом привести не могу, а у меня как бы свадьба по весне.