Ведь с какой стати какому-то коту бежать через всю школу и запрыгивать на пустой стул Барни, если только этот кот — не сам Барни?

Ну, возможно, у кота могут быть на это свои причины… Но другого плана у него не было, так что он оттолкнулся лапками от Риссы и прыгнул в воздух. Падая, он вдруг понял, что ростом он теперь гораздо меньше Риссы и лететь ему далековато. Он зажмурился, ожидая болезненного удара, но вышло все иначе. К великому удивлению Барни, он мягко пролетел по воздуху и изящно приземлился на все четыре лапки. Надо признать, что это было довольно приятно — двигаться по-кошачьи!

Барни побежал, но вдруг увидел другого кота, который подозрительно смотрел на него с другой стороны дороги. Рыжий котяра вылизывал лапу и не забывал внимательно следить за Барни. Тыковка! От испуга Барни замешкался.

Рука Риссы тут же протянулась к нему, готовая снова его схватить, так что он рванулся вперед и, вбежав в ворота, бросился к дверям большого современного здания школы.

Школа всегда была большой, но теперь казалась бесконечной. Куда бы Барни ни смотрел, конца ей не было видно. Только окна и бетонные стены, окна и бетонные стены, окна и бетонные стены…

— Котик! Котик, иди сюда! — кричала ему вслед Рисса, пытаясь его догнать.

«Отлично», — подумал Барни, воодушевленный тем, что пока все идет по плану. Ему даже нравилось это ощущение — бежать в кошачьем теле.

Впереди он увидел мальчика из старшего класса. Он знал его — неряшливый мальчик с кучей прыщей, который всегда казался ему довольно милым. Пытаясь заправить рубашку в штаны, он направлялся к двойным дверям, которые вели в главный школьный коридор.

Двери закрылись не сразу, и Барни успел проскользнуть внутрь.

Мальчик заметил, как Барни шмыгнул мимо его ног.

— О, кошка, — вяло пробормотал он, как будто это было в порядке вещей — увидеть кота, бегущего по школьному коридору в девять утра.

Барни слышал за спиной шаги Риссы по отполированному, тошнотворно пахнущему полу, но не сбавил шага и бежал вперед так решительно, как будто участвовал в Кошачьих Олимпийских играх. Лавируя между ног школьников, толкущихся в коридорах, он пробежал мимо администрации, кабинета мисс Хлыстер, учительской…

— Что это такое? — удивился кто-то.

— Что? — не понял другой.

— Мне показалось, что это был… кот.

Барни резко повернул налево, так что его даже немного занесло, промчался по пустым лабораториям, обогнул последний угол — и вот он уже почти у цели. Сзади звучали торопливые шаги Риссы.

Вот он, класс 7А. Дверь была открыта, и миссис Лаванда, самая добрая учительница во всей школе, уже была там. Она сидела за столом, обложенная тетрадками, ставила в них большие красные галочки и писала: «Очень хорошо».

В классе уже был кое-кто из ребят. Они сидели за партами и болтали. Осмотрев их ноги, Барни понял, что Гэвина еще нет. Хорошо. Плохо было только то, что его заметили.

— Смотри! — воскликнула Лотти Льюс, чавкая жвачкой. — Котик.

— Ух ты! — завопила Алия, лучшая подружка Лотти. — Какой миленький!

Лотти — пожалуй, самая хорошенькая и уж точно самая популярная девочка в школе, — наклонилась и погладила Барни по спине.

— Ты такой красавец! — сказала она, поднимая Барни с пола.

«Отлично, — подумал он. — В кои-то веки Лотти Льюис обратила на меня внимание, а я, как назло, кот».

Рисса, задыхаясь, вбежала в комнату.

— Этот кот забрался в автобус, — выпалила она. — Он уехал очень далеко от дома.

Плохо. Она по-прежнему считала его котом.

Миссис Лаванда наконец заметила, что происходит в классе.

— О боже мой. Боже мой. Боже! Чье это? Это твой, Лотти?

— Нет. Я только что его нашла.

Рисса снова объяснила, что нашла кота возле автобусной остановки. Барни тем временем изучал лицо Лотти и ее длиннющие ресницы, похожие на лепестки экзотического цветка. Она отвлеклась, и он, воспользовавшись этим, выскользнул у нее из рук и перепрыгнул на стол возле Алии.

Потом он спрыгнул на пол и побежал к своему месту. Он уже подобрался для прыжка, но не успел.

Миссис Лаванда схватила его и прижала к сиреневому свитеру, пахнущему цветами. Запах был точно такой, как в Ландышевом лесу, и Барни с болью вспомнил, как они гуляли там с родителями, когда ему было девять лет.

— Так, дети, успокойтесь, пожалуйста. Думаю, стоит рассказать об этом мисс Хлыстер.

И она понесла Барни к двери, ласково поглаживая его по голове и даже не догадываясь о том, что отправляет его прямиком в руки убийцы.