— Неужели ни ты, ни эта девка, ни некромант не почувствовали, кто такой наш лекарь?

— Нет. Не почувствовали. «Искру» друг друга может ощутить отнюдь не каждый носитель Дара. А уж если ее умело скрывать… Белому не хватило опыта, чтобы меня поймать. Про Дар Целителя я вообще умолчу. Тепло его «искры» в корне отличается от всего, с чем приходится сталкиваться большинству магов. Почувствовать Целителя можно, только когда он проявил свои способности. И не раньше. Так что ни я, ни Проклятая, ни сдисец не подозревали о талантах дружка Молса до самого последнего мгновения.

— Кстати о… — я поколебался, но затем все же произнес, — о Проклятой. Если ты права, и это была… которая?

— Хм… — Она подтянула колени к подбородку и, обхватив их руками, задумалась.

Я терпеливо ждал.

— Изначально мятежников в Совете Башни было больше двадцати, но только восемь из них пережили Темный мятеж, и именно их называют Проклятыми. Лихорадка и Холера погибли во время Войны Некромантов. Осталось шестеро. Двое из них — мужчины. Остается четверо женщин. По крайней мере, пара из них вполне подходит под известные описания. Так что мы столкнулись или с Корью или с Тифом.

Я поежился. До сих пор не верилось, что мы видели кого-то из тех, кто устроил Темный мятеж и развязал Войну Некромантов.

— Что понадобилось Проклятой в таком месте, как Песья Травка?

— Ответ очевиден, дорогой. Я. А точнее — мой Дар. Конечно, можно думать, что ее привело сюда чистое любопытство или надежда переманить меня на свою сторону, но мне что-то в это не верится. Некоторые из самых сильных магов умеют присоединять чужие «искры» к своему Дару и становиться сильнее.

Я видел, что эта тема ей неприятна, и перестал настаивать. Перевел разговор на другое:

— С чего это Молс прислал к нам Целителя?

— А ты уверен, что он знает, что у Шена Дар?

— Нет, — после недолгого раздумья ответил я. — Но если так, то мне вообще непонятно, что заставило его отправить вместе с гийянами обычного лекаря.

— Что или кто? — Лаэн состроила хитрую рожицу.

— Намекаешь на Йоха?

— Не знаю. Когда, по-твоему, мы выйдем на тракт?

Я прикинул пройденное расстояние:

— Послезавтра, если будем продвигаться в прежнем темпе и ничего не случится.

— Значит, как только окажемся на дороге, они станут слишком опасны для нас. Я не поручусь за Гнуса.

— А я ни за кого из троих. Вчера вечером довелось услышать разговор наших собирателей хвороста.

Я вкратце пересказал разглагольствования Гнуса и Бамута.

— Быть может, попытаемся избавиться от них сегодня же? — предложил я.

— Это будет непросто, — неохотно сказала Лаэн. — Я не уверена, что в открытую справлюсь с кем-нибудь из них. К тому же никто не знает, что выкинет Шен, если мы прижмем его к стенке.

— Но я же не прошу тебя лезть в драку. Пользы от твоего Дара гораздо больше, чем от твоего ножа.

Одну уну она смотрела на меня с удивлением, а затем тяжело вздохнула:

— Я думала, ты понял.

Последовало долгое молчание. Затем она тихо прошептала:

— Я не могу пользоваться Даром.

Мне показалось, что я ослышался.

— Ты… что?

— Я НЕ МОГУ пользоваться Даром! — потеряв выдержку, крикнула она и спрятала лицо в ладонях.

Какое-то время я ошеломленно смотрел, как она беззвучно плачет, затем подошел к ней и обнял:

— Шшш… Тихо. Тихо. Все хорошо, — попытался я утешить ее. В какой-то мере это помогло. Плач перешел в тихие всхлипы.

— Не могу… Потеряла его… Не могу… Вот почему не отвечала на твои мысленные призывы. Просто не слышу. Собиралась тебе рассказать сегодня… Уже начала, но ты спросил про Проклятую, и я не решилась продолжать. Я уже начала тебе рассказывать про затухание «искры». Хилсс колдуна выпил меня. А заклятие Проклятой связало оставшуюся магию. «Искра» погасла настолько, что я не способна воззвать к Дару.

— Но ведь вчера ты создала «светлячок» для Шена.

— Это надо было сделать, пускай и из последних сил. В первую очередь для того, чтобы Гнус видел.

— Дар ушел не навсегда?

— Конечно. «Искра» не погасла. Но чтобы восстановиться, требуется некоторое время.

— Как долго?

— Подобного со мной никогда не бывало. Я могу только предполагать. Две недели. Быть может, месяц.

Пришлось закусить губу, чтобы не выругаться. Не думал, что все так плохо. У нас нет в запасе не то что недели, но даже трех дней. Без магической поддержки моего солнца справиться с троицей наших незваных компаньонов будет тяжело.