Ожидаемо случился скандал, но подозрительно быстро затих. Кстати, ты на два месяца старше, чем считаешь: Мэлгоны не могли допустить, чтобы наследник родился через семь месяцев после свадьбы. Тем не менее, тар Мэлгон искренне убежден, будто ты его ребенок.

– Я не похож на отца... на тара Мэлгона, - неожиданно для себя проговорил Альмар.
– Мама говорила: я пошел в ее родню.

– Ее родни я не видел, - полукровка усмехнулся.
– Но вот на Арона ты походишь.

Альмар опустил голову, пытаясь мысленно представить господина Тонгила. Цвет волос, цвет глаз - да, это соответствовало. Остальное? Вот если бы положить два портрета рядом - его и мага - чтобы сравнить...

– Пока все звучало почти невинно, верно?
– мягко проговорил Митрил.
– Маг решил позаботиться о судьбе бывшей любовницы и их ребенка. Почти благородно, если не принимать во внимание, что забота получилась за чужой счет.

Мальчик сглотнул. Если полуэльф не обманывает, то он - просто кукушонок, подкинутый в чужое гнездо.

– Арон не забыл о тебе и после рождения, - продолжил полуэльф.
– Мои люди определили: он сумел ввести в дом Мэлгонов осведомителей. Среди слуг, среди свиты, среди охраны...
– полукровка сделал паузу, и Альмар поежился под его пристальным взглядом.

– Человек, который защитил меня в храме Солнечного, - проговорил мальчик тихо.
– Он...?

– Клановец, - согласно кивнул полукровка, - работавший на Тонгила.

– Он выжил?

– Не знаю, - Митрил пожал плечами.
– Не интересовался.

Альмар снова опустил голову, продолжая молча слушать.

– Шли годы, ты рос, Тонгил набирал силу. Четыре года назад он убил прежнего Великого и перенял его титул, с ним - владения и богатство. Стал главой Ковена. Ты знаешь, Альмар, что в ученики берут с восьми лет? Случается, даже раньше. Тонгил мог бы забрать тебя еще два года назад, если бы планировал именно это.

Полуэльф сделал короткую паузы, и Альмар сжался, чувствуя, что продолжение... продолжение ему понравится еще меньше.

– Около месяца назад с Тонгилом произошел... несчастный случай. Магия может быть опасна, Альмар, даже для самых опытных адептов. Тонгил частично потерял память. Не Силу, но память того, как с последней работать. Это так же страшно для мага, как для воина остаться без рук. И знаешь, каким оказался один из первых его вопросов ко мне после того, как я узнал о произошедшем несчастье? Тонгил спросил, если ли у него дети? Понимаешь?

Альмар медленно покачал головой, хотя это было неправдой. Он начал понимать.

– Тебе рассказывали сказки, Альмар? Страшные истории про Темных колдунов, которые используют непослушных детей в своих бесовских ритуалах или пускают их тела на части для зелий? Любимая тема всех нянек и почти правда. Только дети нужны родные по крови.

– Он мог... раз мой Дар открылся, мог просто решить взять меня в ученики. Без этого...
– неуверенно проговорил мальчик.

Полуэльф задумчиво кивнул:

– Альмар, а зачем маги вообще берут учеников?

– Но...
– мальчик недоуменно уставился на Митрила, не понимая вопроса.
– Но так все делают. Все маги.

– У всего есть причина, - возразил тот.
– Человек ест, потому что голоден, женится, полюбив либо просто устав быть в одиночестве и желая завести потомство. Но зачем магу брать учеников? Зачем тратить драгоценное время на вбивание в них основ магии, зачем создавать себе конкурентов? Для чего?

Альмар нахмурился.

– Родители платят за обучение, - сказал он наконец.
– И, наверное, это повышает статус мага. Я не знаю...

– Насчет первого - да, у Светлых так заведено. Но ведь берут учеников и из бедных семей. А ученики-Темные - и вовсе в большинстве беглецы, которым нечем платить. Как ты, например.
– Митрил наклонился вперед, криво улыбаясь.

– Деньги, статус - это второстепенно. Все дело в сырой Силе. У детей ее много, они еще не умеют ею управлять. Чем слабее одарен взрослый маг, тем больше он нуждается в заемной Силе, тем больше у него учеников и подмастерьев. Такова настоящая плата за обучение - как среди Светлых, так и среди Темных. Это не обсуждают вслух, но это не тайна.

– Кирумо... настоящий Кирумо говорил мне, что господин Тонгил никогда не брал учеников, - сказал Альмар.

– Верно. У Арона невероятное количество своей Силы, заемная ему не нужна. Отсутствие учеников - тоже знак статуса, декларация собственного могущества. Взять тебя в ученики, значит заявить перед всеми: "Моя Сила слабеет. Я такой же, как остальные, и нуждаюсь в костылях". А теперь посмотри, как получается, - Митрил поднял руку и продолжил рассуждать, поочередно загибая пальцы: