В ходе испытания она открыла новую любовь.

— Перечитывая архивы Дома Жизни Гелиополиса, я обнаружил способы защиты от невидимого противника. Под двойным воздействием Сехмет и Хатор, благодаря отдыху в этом храме твои силы перестанут истощаться. Но этого недостаточно.

— Ты возвращаешься в Пи-Рамзес?

— Нет, Нефертари. Возможно, существует действенное средство, чтобы вылечить тебя.

— Какое средство?

— По записям архивов — это камень Нубии, находящийся под покровительством богини Хатор в затерянном уголке земли, забытом сотни лет назад.

— Ты знаешь его местонахождение?

— Я найду его.

— Твое путешествие рискует затянуться…

— Благодаря течению Нила возвращение будет быстрым. Если мне повезет, и я быстро достигну этого места, то мое отсутствие окажется недолгим.

— Хетты…

— Моя мать возьмет бразды правления в свои руки. В случае нападения она сразу же предупредит тебя, и вы начнете действовать.

Они долго сидели, обнявшись, в тени ладановых деревьев. Она хотела бы удержать его, провести остаток дней своих подле него в тишине храма. Но она была Великой Супругой Фараона, а он — Фараоном Египта.

Лита бросила умоляющий взгляд на мага Офира.

— Так надо, дитя мое.

— Нет, я слишком плохо себя чувствую…

— Это доказательство того, что заклинание действует. Мы должны продолжать.

— Моя кожа…

— Сестра царя будет ухаживать за тобой, не останется никаких следов от ожога.

Последовательница Эхнатона повернулась к колдуну спиной.

— Нет, я не хочу больше, я больше не вынесу таких страданий!

Офир схватил ее за волосы.

— Достаточно, маленькая капризуля! Слушайся меня, или я закрою тебя в подвале.

— Только не это, умоляю вас, только не это!

Страдающая клаустрофобией белокурая ясновидящая больше всего боялась этого наказания.

— Зайди в мою лабораторию, обнажи грудь и ляг на спину.

Долент, сестра Шенара, сожалела о грубости колдуна, но оправдывала его поведение. Последние новости, поступившие из дворца, были превосходными. Нефертари, страдающая от таинственной и неизлечимой болезни, уехала в Фивы, где она тихо угаснет в храме Хатор в Дер-Эль-Бахари. Ее медленная агония разобьет сердце Рамзеса, и он умрет вслед за ней.

Для Шенара путь к власти окажется абсолютно открытым.

После отъезда Рамзеса Серраманна обошел все четыре казармы Пи-Рамзеса и приказал военачальникам ускорить подготовку войск. Наемники сразу же потребовали увеличения оплаты, чем подали дурной пример египетским воинам, выдвинувшим такое же прошение.

Столкнувшись с неразрешимой для него проблемой, Серраманна доложил о ней Амени. Личный писец Фараона обратился к царице-матери, чей ответ последовал немедленно: либо войны и наемники подчинятся, либо она их заменит молодыми новобранцами. Если Серраманна будет доволен успехами маневров, осуществляемых во время тренировок, Туйя, может быть, рассмотрит вопрос о специальном вознаграждении.

Военные подчинились. Серраманна посвятил себя другому делу: необходимо было найти колдуна, приказавшего Роме украсть шаль Нефертари. Рамзес не скрыл от него ни одного из своих подозрений, связывающих воедино странную смерть Роме и не менее странную болезнь царицы.

Если бы этот проклятый управляющий выжил, бывшему пирату не составило бы большого труда заставить его говорить. Конечно, в Египте пытки запрещались, но не выходило ли покушение злых сил на царскую чету за рамки общепринятых законов?

Роме умер, унеся свою тайну в мир, населенный демонами, след, ведущий к его хозяину, обрывался. Но, может быть, так только казалось? Роме был деятельный и болтливый, он, возможно, пользовался услугами сообщника… или сообщницы.

Допрос его близких и подчиненных даст определенные результаты при условии, что вопросы будут задаваться с некоторой силой убеждения. Серраманна поспешил к Амени. Он сумеет убедить его принять этот план действий.

Все служащие дворца были созваны в северную казарму. Горничные, цирюльники, повара, уборщики и другие слуги и служанки собрались в оружейном зале, охраняемые угрюмыми лучниками Серраманна.

Когда вошел Серраманна, одетый в кирасу и с каской на голове, сердца присутствующих сжались.

— Во дворце произошли новые кражи, — заявил он. — Мы знаем, что виновник являлся сообщником управляющего Роме, мерзкого и презренного, наказанного небом. Я допрошу вас одного за другим и, если не узнаю правду, вас всех отправят в оазис Каржех, а там уж виновный заговорит.

Серраманна потратил много сил, чтобы убедить Амени позволить ему с помощью лжи и угроз, лишенных законных оснований, добиться истины. Любой из дворцовых служащих мог обжаловать поступок воина и обратиться в суд, который оспорит действия Серраманна.