— Сюда! — крикнул он, и все тут же остановились, обернулись. — Серёжа здесь!

И добавил:

— Он в безопасности.

Посторонился, пропуская в ангар двух вооружённых мужчин — явно офицеров, Лунёва и Дашу Елисееву. Он сразу узнал её — девочку, в которую был влюблён много-много лет назад.

О том, что Шурик прирождённый гонщик, Даша знала хорошо. Швейцария, Германия, Австрия, Венгрия — по дорогам этих стран проехали они вместе. Было у Шурика особое водительское чутьё: он словно составлял одно целое с машиной. Слышал её, что ли? Когда вдруг стал плавно, но стремительно притормаживать, все, сидящие в машине, закричали в недоумении и нетерпении. И Игорь, и оба милиционера. Только девушка промолчала. А через несколько секунд, когда машина уже почти остановилась, они вдруг присели на правый бок, резко запрыгали под невыносимо-протяжный визг и скрежет, и наконец стали.

— Да-а, — выдохнул майор Кандауров, первый придя в себя. — Ты, парень, ас. Что там, колесо отвалилось? А если бы на полном ходу?

Они вышли из машины. Правое заднее колесо было на месте, но развороченная покрышка обнажила его внутренности.

— Ого! Хорошо напоролись! — воскликнул Лоскутов. — Как же ты это понял?

Щурик молча пожал плечами. Он, видимо, и в самом деле уловил первый лёгкий толчок или какой-то звук.

— Мы где? — Кандауров поглядел вперёд. Там широкая трасса разветвлялась на две дороги поуже и начинались частные дома. — Да это уже Курортный!

— Здесь теперь можно пешком! Скорее! — Игорь Лунёв был весь как сжатая пружина.

— Мне с вами? — спросил Шурик меланхолично. Из разговоров в машине он, конечно, понял, что идёт погоня за преступником.

Кандауров на секунду задумался.

— Нет, оставайся, — сказал. — Приводи машину в порядок. Сам справишься?

— Не на Луне, — ответил парень непонятной фразой.

Майору некогда было в неё вдумываться, да и ни к чему. Он быстро вынул из нагрудного кармана блокнот, оттуда — фото Забурина.

— Смотри заодно, чтобы этот человек не проскочил здесь. Вдруг что — скрути мерзавца! Сумеешь?

— Обучены, — опять же коротко бросил Шурик. Посмотрел на карточку и прикрепил её на ветровом стекле.

— Скоро здесь проедет наша машина. Напомни ещё раз: дача Барковых. Пусть поторопится!

Они быстро пошли вперёд, почти побежали — небольшая группа из четырёх человек. Кандауров бывал в посёлке раньше. Он уверенно свернул на нужную дорогу и вывел всех к маленькой площади у автовокзала и базарчика. Задал пару вопросов местным жителям, торгующим на лотках, сказал:

— Давайте по этой улице, в сторону леса. Дача там. Узнаем по воротам с коваными цветами и по башням, как во дворце…

Даша не отставала от Игоря ни на полшага. Его судорожное напряжение, мелко бьющая дрожь передавались ей. Но она не позволяла панике затопить мозг: возможно, от ясности ума и быстроты реакции зависит судьба мальчика, а, значит, и их с Игорем судьба. А если впереди — самое страшное, тоже надо быть предельно собранной. Игорь тоже держался, хотя ему это давалось труднее. С того момента, когда он до конца поверил майору и осознал, какова его вина — сам привёл в дом убийцу! — невыносимая тяжесть давила его.

Ворота дачи Барковых оказались распахнутыми. На ходу вынимая пистолеты, Канадауров и Лоскутов побежали через пустой двор к дому. В этот момент их и окликнули.

В дверях длинного, овального, блестящего на солнце металлическими боками строения стоял парень с железной палкой в руках.

— Серёжа здесь! — крикнул он.

В тот же миг Даша почувствовала такую радость, что захотелось упасть в траву и заплакать. У Игоря загорелись глаза, а движения, не утратив быстроты, стали лёгкими, словно земля на минуту потеряла гравитацию. Однако оба милиционера всё же опередили их и первыми миновали посторонившегося Олега.

Пропустив Игоря и Дашу к мальчику, Кандауров стал так, чтоб никто не задел двух разложенных на полу тряпочек.

— Что здесь происходило? — спросил он Олега.

— Я застал этого… с ножом в руке. Вон с тем! — Олег кивком указал на отброшенный скальпель. — Но он ничего не успел сделать, только укол.

— Укол? Когда?

— Серёжа говорит, перед самым моим приходом. Но, может быть, он колол его и раньше: мальчик не может ходить.

Игорь, прижимая голову сына к груди, внимательно слушал. Поднял глаза на майора:

— Что же это?

— Ничего страшного. Анестезия пройдёт. Ещё он ему вколол викасол — кровоостанавливающее, — он всегда так делал. Но это должна быть небольшая доза.

— Да, — подал голос Лоскутов. Он присел на корточки и, не притрагиваясь, разглядывал аккуратно положенные рядом со шприцом две пустые ампулы. — Дозы маленькие.

— В больницу нужно!

— Обязательно, Игорь Романович. Сейчас подъедет наша машина — это дело нескольких минут. Здесь есть больница?

Кандауров посмотрел на Олега. Тот кивнул: