Наконец, кое-что нашлось. Имён опять не было, ни Соморила, ни кого другого, но чуть больше двух с лишним недель назад восемь гражданских судов прибыло на борт «Возмездия». Все они разместились в ангарном отсеке 5. Один из них отбыл три дня назад при странных обстоятельствах и с явным несоответствием последовательности в журнале. Остальные корабли ещё находились на борту звёздного разрушителя.

Сопоставив факты, Мара быстро поняла картину: полковник Соморил и его специальный контингент штурмовиков числятся в составе Имперской Службы Безопасности.

Мара с отвращением поморщила нос. Она прекрасно понимала, что ИСБ – необходимое зло, но, с её точки зрения, в ней было слишком много зла и слишком мало необходимости. Опыт подсказывал ей, что это всего лишь сборище заносчивых, лёгких на расправу людей, бесконечно гордых своим статусом элитарных войск.

И если будут раздавать почести или политические привилегии, то эти точно первыми встанут в очередь. Наверное, поэтому Соморил и предложил Руке Императора своих людей раньше командира штурмовиков «Возмездия».

Странно только, что он скрыл свою принадлежность к ИСБ. Видимо, хотел сообщить об этом перед отлётом Мары.

Отключив терминал, Мара вышла из кабинета и прошла через палубу к комнате для инструктажа пилотов. Двое штурмовиков стояло на часах. По её сигналу один из них отпер дверь и впустил Мару.

Пират Таннис сидел там, предусмотрительно прикованный двумя парами наручников к одной из ножек стола.

– Как раз вовремя, – проворчал он. – Когда мне принесут поесть?

– Заткнись и слушай, – Мара вынула инфокарточку и ткнула её ему под нос. – Это список обвинений против тебя. В совокупности тянет от тридцати лет в исправительной колонии до смертного приговора.

Таннис скривил губы.

– И ты называешь это сделкой?

– Я ещё не закончила. Пока что ты легко отмазывался вместе со своими подельниками, которые сейчас в карцере. Твоего имени никто не знал, так как те, кто мог ткнуть в тебя пальцем и уличить в пиратстве, всегда были мертвы, когда вы испарялись с их грузом. Пока вы не нацепили эти наплечники «Кровавых шрамов», вы могли бродить по улицам в Империи, и никто б не догадался, кто вы на самом деле.

Она похлопала пальцем по карточке.

– Но этому пришёл конец. Вместе с обвинениями на карточку записаны твоё лицо, отпечатки пальцев, биометрические данные, а также твоя ДНК. Едва это попадёт в банк данных Империи, любой офицер, который захочет пробить тебя по базе, увидит всю историю твоих преступлений за время, пока сигнал идёт до Центра Империи и обратно, – она подняла брови. – И это означает, что либо тебе придётся провести ближайшие тридцать с лишним лет в тюрьме, либо остаток жизни скрываться в канализации и прочих тёмных дырах.

Таннис сдерживал эмоции, но Мара чувствовала, что его начинает одолевать страх от обрисованной ею безрадостной картины.

– И что? – осторожно спросил он.

– Эти данные уже занесены в систему. Но пока что они находятся в моих личных файлах, вне доступа для других, с тридцатидневным таймером на их обнародование. Это значит, что в любой из последующих тридцати дней я могу войти в систему и стереть их, и никто не узнает об их существовании.

– То есть мы говорим о возможной амнистии?

– Почти. Тебе это интересно?

Таннис коснулся кончиком языка середины верхней губы.

– Что я должен сделать?

– Мы отгоним «Путь Хаппера» на твою базу. Легенда: с повреждёнными гипердвигателем и связью твой дружок капитан Шакко решил отправить вас обратно с наживой, а сам с другими членами экипажа – остался ремонтироваться.

– А ты тогда откуда взялась?

– Я и мои люди – угонщики. Мы проникли на «Путь Хаппера». Но тут весьма кстати появились вы и захватили корабль без единого выстрела по корпусу. Мы наслышаны о «Кровавых шрамах» и договорились с Шакко, что ты доставишь нас к Командору, чтобы обсудить возможности присоединения.

– А если он спросит, из какой вы группировки? Он хорошо знает всех в этой теме по всему сектору.

– Поверь, дело выгорит.

Таннис поморщился.

– Ты просишь меня предать своих.

– Ты же пират. Твои подельники – лишь необходимость. Любой из них зарежет тебя за лишние 10% наживы.

Она дала ему некоторое время обдумать её слова, а потом продолжила:

– Но, как часто происходит, ты не предашь своих. Тобой могут спокойно заняться местные власти. А мне нужен тот, кто дёргает тебя за ниточки.