– Да неужели? А я думала там всё автоматизировано, и всем управляют роботы и компьютеры, которых, кстати, гениальный программист может легко подчинить своей воле, а среди этих, как раз имеется пара таких программистов.

– Там больше способов контроля, чем вы считаете. А теперь убирайтесь, вы уволены из армии, вы получите свои деньги, и много денег. И это не помешает вам открыть частную больницу где-нибудь в престижной части округа Колумбия и прожить счастливо остаток своей жизни. Но я не могу рисковать, и не позволю вам навредить им.

– Вы совершаете страшную ошибку господин директор, очень скоро они осознают себя и своё место в истории, дальше легко выйдут из-под вашего контроля, и установят на планете такой режим, что Гитлер вам покажется ангелочком. И самое страшное, они не Гитлер, и их никто не остановит.

– Никто не даст им осознать своё место в истории. Они дети, помешанные на науке, и не более.

– Вы для них такие же дети. А кто в этой истории на самом деле дети, и кто взрослый, кто кого на самом деле контролирует и водит за нос, вы очень скоро увидите.

* * *

Питер Виггин сидел за компьютером и строчил отчёт по изучению поля Хиггса на большом адроном коллайдере, они нашли какую-то частицу, имеющую массу, которая по расчёту должна совпадать с массой бозона Хиггса. И теперь длительная работа по поиску частицы бога, объясняющей законы физики всей вселенной, была близка к завершению. Теперь, они все получат премии за блестяще проделанную научную работу, а если кому-то повезёт, может быть, кто-то из их коллектива поймает и нобелевку. Зазвонил лежавший под рукой телефон, он поднял трубку.

– Питер, тебя какой-то человек в военной форме.

– Да, сейчас спущусь.

Он сохранил данные, закрыл программу и пошёл вниз. Его встретили в коридоре, какой-то полковник, судя по нашивкам.

– Пройдёмте за мной в мой кабинет.

– Хорошо.

Они пришли в кабинет Питера, тот достал термос с кофе и пару пирожных.

– Угоститесь?

– Нет, меня интересует такой вопрос. Вы совершали аннигиляцию вещества на ускорителе, это ваши расчёты?

– Да, это мои расчёты, мы проверяли теорию относительности, нас попросили это сделать и несколько раз.

– И у вас всё сошлось, верно?

– Конечно, всё с точностью до миллионной доли процента, как бы обычное рядовое действие по проверке теории относительности, и неудивительно, что всё верно. Мы ведь, по сути, много лет напрямую работаем с ТО, и её проверка, плёвое дело. Да что уж там, вся современная физика человечества от начала до конца построена на ТО, в её фундаменте нет, и не может быть ошибки.

– Вы разогнали частицы, совершили столкновение на заданной энергии, и дальше замерили энергию, которая возникла при столкновении частиц, когда они аннигилировали...

– Ну да, и всё совпало, как и должно быть, а в чём проблема?

– Проблема в том, что в ваших расчётах полностью отсутствует составляющая сверхжёсткого рентгена, которая должна была обязательно возникнуть при столкновении такой энергии, при такой температуре. Вопрос, возникнет ли при температуре кваркоглюонной плазмы в три триллиона градусов ультра жёсткий рентген?

– Вообще...
– У него слегка перехватило в горле, от нехорошей догадки.
– Вообще, наверно возникнет, да, должен... При столь высокой температуре рентген с очень высокой проникающей способностью неизбежен.

– Но у вас в расчётах его нет совсем, хотя он должен быть. Тогда возникает вопрос, если вы не брали жёсткий рентген в расчёт, как у вас могло всё сойтись и совпасть с точностью до десятого знака после запятой? Просто как? Если вы не учли фактор, который должен излучить девяносто пять процентов всей энергии, и при этом у вас всё совпало с аномальной точностью после запятой? Как вы считали?

– Я считал по методике, которой меня обучили в университете... Я получил данные от детектора, проанализировал и... И рассчитал...

– Ладно, с этим экспериментом всё ясно. Вы просто схалтурили все, весь коллектив, и послали наверх ложный отчёт о том, что всё хорошо и что у вас получилось строго Е=mc2. Хотя учитывая особенности вашего расчета, там даже близко такой результат не мог получиться, особенно если ваша ТО действительно верна. Учитывая также то, что вообще-то доля рентгена должна изменяться в зависимости от температуры, следовательно, и приборы никак не могли поймать строго E=mc2.

– Ну, я могу сказать в своё оправдание, что над этим проектом работали сотни учёных, а не я один, и данные проверялись, и я не единственный кто за это отвечает...