После ухода Сирены лицо фрау Хольц еще долгое время оставалось пурпурно-красным. Экономка отправилась на кухню и, задыхаясь от злости, передала поварихе приказ мефрау насчет ужина. Поморщившись, кухарка приняла к сведению изменения в меню и распорядилась принести рис из кладовой.

— Мефрау хочет, чтобы рис приготовили со специями и травами.

— Значит, рис будет со специями и травами, — спокойно ответила повариха, и фрау Хольц почувствовала, что женщина была довольна. В течение многих лет Мелла, малайка по национальности, сопротивлялась безвкусным немецким блюдам, которые она вынуждена была готовить. Сегодня вечером благодаря мефрау у нее появилась возможность проявить свое искусство.

Сирена вернулась в свою комнату и стала терпеливо ждать Калеба. Через несколько часов он ворвался к ней с сияющим лицом.

— Я сделал все, как велел менеер. На ужин явятся все. Даже фрау Линденрайх придет с сеньором Альваресом. Она была у него в доме, когда я пришел, и скорчила недовольную гримасу, поэтому сеньор сказал, что возьмет ее с собой.

— О чем говорят в порту?

— Не знаю. Я ничего не слышал. У меня не было времени стоять там и задавать вопросы.

— Ты пришел сначала ко мне или к Ригану? — бесстрастно спросила она.

— Я пришел сначала к тебе, Сирена. А сейчас я должен пойти к Ригану и доложить, что все сделал так, как он просил.

— Хорошо, иди к Ригану, а я пойду на кухню, посмотрю, как идет приготовление ужина. У меня сегодня для тебя сюрприз.

— Какой? — глаза Калеба засветились любопытством.

— Сегодня на ужин не будет кислой капусты.

Мальчик вздохнул.

— Я рад. Вареное мясо, вареные овощи, вареная капуста! Ух! Такая же противная еда, как на «Лорде Рейли»!

Калеб убежал, а Сирена пошла на кухню. Ее приход вызвал переполох. Слуги прекратили работу, глядя на нее в изумлении.

— Продолжайте заниматься своими делами. Я просто хотела узнать, как идет приготовление ужина.

Она с удовольствием нюхала горшки, которые ей подносила повариха и одобрительно кивала, пробуя блюда.

— А рыба? Вы вытащили кости?

— Да, мефрау. Я сама готовила филе, — ответила Мелла. — Я добавила пряностей и немного масла с лимоном.

— У меня уже слюнки текут. Я хочу поблагодарить вас за то, что вы так хорошо выполнили мои распоряжения.

— Мефрау, вы только попросите, и я приготовлю все, что вы пожелаете. Я добавила гвоздику и корицу в финики и инжир.

Сирена улыбнулась.

— Вы кажетесь такой довольной, Мелла. Сдается мне, что вы предпочли бы всегда готовить так же, как сегодня, а не привычные вареные овощи.

Толстушка-малайка расплылась в радостной улыбке, сверкнув белоснежными зубами на темном лице.

— Может, вы согласитесь каждый вечер готовить отдельно для меня и брата? Если у вас будет на это время... Мы вам будем очень благодарны.

Радость поварихи была очевидной. Она весело принялась за работу, бросив победный взгляд на дверь, где стояла фрау Хольц.

— Я приготовлю все, что вы пожелаете. По утрам отдавайте заказ фрау Хольц или Джулии, и я обязательно приготовлю.

Сирена кивнула и покинула кухню. Мелла взглянула на экономку, стоящую у двери.

— У вас и так достаточно работы, — мрачно заметила фрау Хольц. — Разве у вас хватит времени готовить отдельное меню? Забудьте то, что сказала мефрау, и выполняйте мои распоряжения.

— Но... мефрау...

— На кухне распоряжаюсь я! Делайте то, что говорю я! Вам понятно?

Сирена тихо открыла дверь и стояла на пороге кухни, упершись руками в бедра. Ее зеленые глаза сердито сверкали.

— Вы берете на себя смелость отменять мои распоряжения? Как вы смеете?! Я — хозяйка этого дома! Вы будете делать то, что я скажу. А я приказываю вам следовать за мной в апартаменты моего мужа. И мы немедленно все выясним до конца. Вы, Мелла, тоже пойдете с нами. Я хочу, чтобы вы слышали, что скажет мой муж.

Но как только она произнесла эти слова, то тут же пожалела о них. Сейчас, когда мысли Ригана, несомненно, заняты женщиной-пиратом, было совсем не время с ним ссориться. Особенно после их последней встречи в море! Прикрыв мантильей лицо, Сирена старалась взять себя в руки, сдерживая свой гнев на фрау Хольц. Муж не должен заметить никакого сходства между богобоязненной женой и бесстрашной, нахальной пираткой.

Женщины, следуя друг за другом, прошли через зал. Остановившись перед кабинетом Ригана, Сирена набрала в легкие побольше воздуха, чтобы успокоиться и говорить как можно тише, несмотря на гнев, клокочущий у нее в груди. Затем, боясь передумать, она громко постучала в дверь и получила разрешение войти.

— У меня проблема, — холодно заявила она. — Боюсь, только вы можете ее разрешить, менеер. Я хозяйка этого дома или фрау Хольц? — голос ее звучал спокойно, глаза были скромно опущены.

Ван дер Рис поднялся с кресла и прищурился.