— Туристы?! — не поверил своим ушам Старый. — Это как понимать?

— Мы просто заплатили деньги, чтобы покататься на старинном танке и пострелять. Это же не запрещено?

Старый был настолько шокирован, что просто дар речи потерял. Он перевел взгляд на новичка. Тот лишь плечами пожал: мол, я тебя предупреждал.

— Туристы… — повторил Старый. И вдруг пнул очкарика прямо в лицо, заставив его упасть навзничь. Ткнул в ярости пистолетом в лицо, разбив очки. — Туристы, вашу-то мать! А трое моих ребят, что в кустах сейчас горят — они для вас кто?!

— Пожалуйста, не надо! — Старичок неловко закрывался руками. — Мы же все делали по правилам, ничего не нарушали, просто заблудились.

— А ну, рассказывай! — Старый наподдал очкарика в бок. — Что за туристы? Как здесь оказались?

Однако старичок хрюкнул и свернулся калачиком, держась за ребра — похоже, Старый перестарался с силой удара. Юнец между тем испуганно поднял взгляд.

— Что рассказывать-то? — всхлипнул он. — Все же знают… приезжаешь на полигон, платишь деньги, выбираешь машину и едешь… Ничего особо страшного, снаряды не настоящие же. Да нам даже экипаж полноценный не дали!

— Не настоящие?! — Старого вдруг затрясло. — А три свежих трупа в моем взводе — тоже игрушечные!?

— Но мы же не знали! — молодой начал всхлипывать. — Нас не предупредили, что тут есть танки, которые люди водят.

— А кто ж их водит, по-твоему, уродец?! Сами катаются, что ли?

— Ну, да — сами! — закивал парень. — Нам говорили, что автоматика управляет…

— Ты меня за дурака, что ли, держишь?! — рассвирепел Старый и замахнулся пистолетом.

— Успокойся, — сказал ему радист. — Что толку на них орать? Сам видишь, они как щенки скулят… Пойдем, «Тигра» глянем.

— Да чего на него смотреть! Облить солярой и поджечь. А этих туристов — в расход.

— Пойдем. Ты, кстати, знаешь, что у «Тигра» рычагов нет, у него руль, как у грузовика?

— Да ладно! — У Старого челюсть отвалилась. — Такая махина — и руль? Да в нем тонн пятьдесят!

— Побольше, — усмехнулся радист. — Ну, пошли, сам увидишь…

Заинтригованный Старый тут же забыл про пленных и устремился за новичком к «Тигру».

Последующие полчаса они лазили по трофейной машине, изучая и осматривая. Старый не уставал удивляться, ему все было интересно — и кресла «как у парикмахера», и крошечный рычажок переключения скоростей, и автоматическая противопожарная система — ну, и руль, конечно.

Новичок прихватил свой чемодан и принялся что-то выколдовывать с радиоаппаратурой «Тигра».

— А давай его с собой прихватим? — неожиданно предложил он. — С управлением, думаю, справимся. Доедем, покажем ребятам, офицерам — всем интересно будет.

— Да ты чего, запрещено же! Подходить даже запрещено!

— Ничего, победителей не судят. Скажешь — понесли боевые потери. Для безопасного продвижения использовали технику врага. Сейчас из ребят по танкам соберем экипаж — и в путь.

— Хм… — Старый почесал затылок. — А с фрицами чего делать будем?

— А тоже с собой возьмем. К броне привяжем — пусть свежим воздухом подышат. Кстати, надо рацию перекалибровать, чтоб на нашей частоте принимала…

— Эх, Длинный… — Старый сокрушенно покачал головой. — Все-таки непонятный ты человек. Кто ты, черт тебя задери?! Откуда такой взялся?

— Командир, мое назначение в твой взвод утверждено в штабе корпуса. Я твой боец, и больше ни о чем не спрашивай. Ладно?

Перед тем как отъехать, постояли перед догорающим «Валентайном», отдали честь пацанам. Затем Старый сел в кабину «Тигра», решив сходу самостоятельно освоиться с управлением.

— Как же так… — сокрушался он, когда взвод выехал на дорогу. — Что это еще за новости: платишь деньги — и людей живьем жжешь? Я до сих пор поверить не могу.

— Придется поверить, — хмуро ответил радист. — Ты не убивайся, а на дорогу смотри лучше. Машина для тебя новая.

— А на вид люди как люди. Этот, который в очках, на часового мастера похож. Про молодого с красной головой не скажу, он на дурачка похож, конечно… но не на выродка же! Даже стрелять рука не поднялась!

— Может, он и есть часовой мастер… — задумчиво ответил Длинный. — Я ж не зря тебя спрашивал — что ты здесь защищаешь? Тебе в голову-то приходило, что есть и другие города, и даже другие страны, и вообще огромный мир!

— Конечно, приходило! Не дурак же. Мы — тут воюем, а они — там. А вообще, когда мне о других городах-то думать? Зимой думаешь, как бы задница к сиденью не примерзла. Летом — чтоб от жарищи в машине не спечься. И всегда — как от снаряда увернуться. Не до философии.

— А стоило бы подумать… Танки, снаряды, огонь, смерть — они не везде. Есть другой мир. И жизнь там совсем другая. И правила другие…

— Ты их видел, что ли, жизнь, правила? — усмехнулся Старый.

Радист не ответил.