– Будет проще украсть много денег.

– Я не хочу быть вором, я хочу, чтобы меня уважали и почитали в реальной жизни, почитали не за деньги, а за то какой я есть. Ведь за то, что я написал антивирус, меня никто почитать не будет, никто об этом и не узнает.

– Это верно.

– При этом, ты сам говорил, что если бы не ты, даже без тебя, я бы стал великим учёным, и возможно, что-то бы изобрёл, и меня бы почитали и уважали бы. Я хочу получить это уважение и прожить жизнь уважаемым и почитаемым. Мне не обязательно разрабатывать технологии уровня выше земных, я мог бы просто сильно оптимизировать их двигатели на горении. Тогда они будут уважать меня, и считать великим учёным.

– Ты хуже торговки на рынке, ты уже получил право подарить, и твоя программа спасла всё человечество. Но ладно, я разрешаю тебе поступить в аэрокосмический университет и создать двигатель, который будет на двадцать, на тридцать процентов совершеннее земных, но не более! И только потому, что антивирус не подарил тебе уважение людей, которое ты заслужил.

– Хорошо, по рукам.

Мир на секунду померк, и вот я снова сижу в реальном мире у себя дома. Я вздохнул глубже, и пошёл делать уроки, что ж, Сатана не был таким уж тираном, он позволил мне немного больше, чем положено. Не знаю, чем он мотивировал всё это. Хотя возможно, я сейчас просто давал людям всё в кредит. Ведь, после смерти, по плану Сатаны я попаду в рай, и там, в раю, я буду заниматься творчеством и подарю им новые технологии, впитав весь жизненный опыт. И именно поэтому, он позволял мне прожить реальную жизнь, чтобы я после смерти попал в рай, и в благодарность подарил Сатане и его расе, новые ещё более совершенные технологии. А чтобы я сделал это, я должен быть уверен в том, что я действительно помог своей расе очень сильно, чувствуя благодарность Сатане. Возможно, он позволит мне подарить людям и что-то ещё, вполне легально.

Пришли родители, я прошёл к ним на кухню и сел на стул за стол.

– Как прошёл день?

– Нормально, мам, пап, я хочу поступить в аэрокос на ракетные двигатели.

– Ой, да ты что, ты же еле учишься, туда нельзя поступить, то есть можно, но ты не сумеешь.

– Ну, он мог бы походить в одиннадцатом классе на курсы по физике и математике, - вступился за меня папа.
– Я думаю, если он будет стараться, он сможет туда поступить.

– Я же в девятом классе выигрывал олимпиаду по математике, помнишь?

– Помню.
– Сказал отец.

– Нет уж, мы столько денег потратили на твой английский язык, а ты теперь хочешь идти в технический ВУЗ, зачем?

– Хорошо, давай подведём итог, я учился в шестом классе на одни пятёрки. Вы меня перевели в английскую школу, хотя я технарь по определению, и никаким местом к языкам не относился. В итоге, я скатился, и по английскому у меня три еле-еле. Может, дело не только во мне? А в том, что я не гуманитарий, по характеру в принципе?

– Пусть поступает туда, куда хочет, а после технического мне проще будет его устроить, чем после языкового отделения.
– Ещё раз вступился папа.

Мы ещё не много поскандалили, но я твёрдо занял свою позицию, а отец считал, что я должен идти туда, куда хочу. В итоге мы договорились, что в одиннадцатом классе я буду ходить на дополнительные занятия, различных курсов в аэрокосмическом университете тогда было много.

А в одиннадцатом, часть нашего класса уехала в Америку, всего шесть лучших учеников, среди них и Юля. Что ж, ну и пусть, меня это мало интересовало, я всё вынашивал планы, как поступлю в аэрокос, а там дальше, я сделаю что-нибудь такое, как-то натолкну других людей, чтобы они сделал то, что должны. Увы, мои наблюдения за прогрессом американцев в космосе меня не радовали, и чем дольше я жил в реальности, тем больше убеждался в том, что люди не могут и не смогут выполнить поставленные перед ними задачи. Новых технологий просто не было никаких, всё кроме биологии и микроэлектроники практически не развивалось. Их материаловедение, композиты и легированные стали, обычная средневековая алхимия, по сути, не более. Едва ли могло решить поставленную задачу. Для того, чтобы создавать новые материалы, надо не просто так смешивать в разных пропорциях старые элементы. А они именно этим и занимались, мешая, как попало материалы, надеялись, что что-то из этого получится. Материаловедение должно развиваться по пути изменения структуры и фаз материала, а не через алхимию тупое смешивание. Я понял, что если всё пойдёт также и дальше, то мне придётся играть гораздо более рискованно, чем раньше, иначе я просто не вытяну весь свой вид. Американцы не были способны обеспечить выполнение моих планов.

Урок окончился, наш классный руководитель, преподаватель английского языка, попросила нас всех задержаться.

– Ребята, год подходит к концу. Мы посовещались с родительским комитетом, и нашли место, где будет проходить выпускной вечер. Одна фирма, обязалась предоставить нам за две с половиной тысячи рублей всё необходимое, помещения, охрану и продукты. Всё это будет стоить вам две с половиной тысячи рублей, с каждого, посовещайтесь с родителями, если для кого-то это слишком дорого, сообщите, мы можем попытаться найти другое более дешёвое решение.

– Я не пойду на выпускной.
– Сразу объявил я.

– Илья, ты что?

Что такое выпускной? Две с половиной тысячи рублей, это минимум шесть месяцев почти безлимитного интернета. А это возможность смотреть новости, скачивать необходимые мне научные статьи и многое другое. Что такое выпускной? Память на всю жизнь о своих одноклассниках, меня никогда не интересовали мои одноклассники как люди, никто и никогда. Да, я подготовил некоторых из них, заставив их играть в одну из наиболее совершенных на тот момент земных стратегий starcraft. Это был маленький обман, Сатана не воспринял это как что-то вне нормы. С другой стороны я привил людям стратегическое мышление, на всю жизнь, изменил их разум, и быть может, это повлияет на их карьеру в будущем. Но для меня, они никогда не были друзьями, я дружил с ними постольку поскольку, в меру необходимости, но никакого желания проводить с ними выпускной не было. Что это за память? Как все напьются? Мне это зачем? Я видел куда более роскошные пиры.

– Твоя семья, по-моему, не самая бедная, что скажут твои родители?

– Они меня поймут. Я не иду на выпускной и точка.

– Я позвоню твоей маме, Илья, подумай, выпускной вечер же бывает раз в жизни!

– Ну и что? Мне там не будет интересно.

– Да если не хочет, пусть не идёт, - вступилась одна из девочек.

– Я всё равно позвоню твоей маме.

Вот так я и не пошёл на выпускной вечер, мне это было не нужно, не интересно, я не был школьником, да мне было шестнадцать объективных лет, но на самом деле всё было иначе. Мне не нужна эта память на всю жизнь, у меня другая жизнь, наверное, куда более насыщенная и интересная, чем у любого из них, и не скажу, что я прожил её так уж зря. Хотя понять это сложно, но я стар, очень стар, куда старше, чем вся Европейская цивилизация. Мне не нужно то, что нужно детям, выпускной. Эмоции, которые реально были в моей жизни, были куда острее и насыщеннее, тех, что испытает кто-либо из простых людей когда-либо. Я видел звёзды, иные миры, даже самые необычные из них, это не передать словами. Я не пошёл на выпускной, реальная жизнь не для того, чтобы насладиться ею, хоть она и бывает один раз в жизни. Для меня, реальная жизнь это полная мин спринтерская дистанция, которую мне предстоит пробежать. В лучшем случае на финише я просто сдохну, в худшем случае попаду в ад навечно. Но, так или иначе, эти боты, биороботы по имени люди, моя раса. Не могут и не смогут разбавить моё одиночество в ближайшие несколько сотен реальных лет, никто, и это неизбежно.