— С чего это?

— Ну ты же втирал, что я найду что-нибудь, что упустили копы. Я все облазил, но улица чиста… даже слишком для Нью-Йорка. Полиция забрала все.

— Сэм, я же тебе говорил… — Дин потянулся за стаканом.

— Чувак, неважно, что они пытались найти. Помнишь Фриду в зоопарке? В дело вовлечены все, от копов и репортеров и до университетских адвокатов. Погибли студенты Фордхэма, а значит, колледжу грозят крупные неприятности. Бьюсь об заклад, они заставили полицию там каждый сантиметр языками вылизать. И все, что копы там нашли — независимо от того, важно оно для расследования или нет — уже лежит в какой-нибудь лаборатории.

Дин заглотал пиво и шумно опустил стакан на столешницу:

— Отлично. Тебе лучше знать об университетской администрации и ее извращенных привычках. Но нужно еще проверить дом, — он ненадолго задумался. — И вот еще… возможно, мы и там ничего не найдем…

— Отлично, — перебил Сэм. — Десять баксов, считай, у меня в кармане.

— Нет, ты не понял, Сэмми. Смотри, возможно, это вообще не наше дело. То есть, мы же знаем, что ритуал фальшивый.

— Да ну?

Дин взглянул на брата, который успел нацепить Упрямое Лицо. Это выражение старший Винчестер на дух не переносил, потому что именно с таким лицом Сэм обычно с ним пререкался.

«Для ссор с папой, помню, у него было другое выражение — Злое Лицо…»

— Ну да.

— Это потому что отец так считал? А что, если он ошибался? Помнишь, он утверждал, что вампиров не существует? А потом в Монтане — фьють! — вампиры. [65]

Дин покачал головой:

— Папа знал про вампиров, просто думал, что они все перевелись.

— Суть в том, что всего мы знать не можем, Дин. Папа знал куда больше нас, но тоже не все. Вполне возможно, этот Сэмюэлс попробовал свой ритуал всего пару-тройку раз, а потом его сразу арестовали. Откуда нам знать, что он не сработал? Или не сработает?

— Ладно тебе, Сэмми. Этот чертов ритуал проводил только Сэмюэлс, причем взял его невесть откуда, и никто его не использовал ни раньше, ни потом.

— Насколько мы знаем.

Дин сердито взглянул на брата:

— Да он даже ни на чем не основан! Обычное мошенничество!

— Ладно-ладно, — Сэм примирительно вскинул руки. — Пускай мошенничество. Но нельзя же сидеть сложа руки. Мы знаем, когда произойдет следующее убийство, и примерно знаем где. Причины все-таки сверхъестественные, а значит, наша работа.

— Нет, — возразил Дин. — Мы убиваем только настоящих чудовищ.

— А я бы, — понизил голос брат, — я бы сказал, что тот, кто убил троих и собирается убить еще, и есть самое что ни на есть настоящее чудовище.

Дин вздохнул, вынужденный признать, что его братишка прав:

— Ну, мы можем просто доложить копам.

— И ты всерьез думаешь, что они нам поверят? Чтобы им все объяснить, придется рассказать про ритуал, а если мы расскажем про ритуал, они решат, что мы спятили. А потом прогонят нас через базу и…

— Да понял я, — Дину не надо было лишний раз напоминать, что он в розыске.

Сначала ситуация его даже позабавила, но потом новизна ощущений повыветрилась, а серьезная угроза осталась.

— Пойду еще пива возьму. Принести тебе что-нибудь?

Сэм снова нацепил Упрямое Лицо:

— То есть, мы все-таки берем это дело, так?

— Да, мистер Заноза-в-заднице, берем. Сегодня проверим дом, а завтра отправимся за Пимом.

— Хорошо. Закажи мне джин с тоником.

Дин, успевший встать, замер и уставился на брата:

— Чувак, я такое заказывать не буду. Я принесу тебе водку с апельсиновым соком, виски с содовой… черт, да я тебе хоть бокал красного вина приволоку, но только не джин с гребаным тоником!

Сэм таращился на него с приоткрытым ртом:

— Но я люблю джин с тоником! За это теперь расстрел положен?

— ДА, — Дин махнул рукой. — Ладно, забей. Хлебай свои бабские напитки, а я возьму пиво.

Он сгреб пустой стакан и протиснулся к бару.

— Снова ты, — приподняла бровь Дженнифер (на лбу у нее проступила испарина).

— Собственной персоной и во всей красе, — подмигнув, выпалил Дин.

— Точно подмечено, — немного развязно и весьма, на взгляд Дина, привлекательно усмехнулась Дженнифер. — Еще пиво?