Даур глотнул воды.

– Как Слайдо, – сказал он.

Петро насмешливо приподнял бровь.

– Помнишь, мы изучали карьеру военмейстера? Краеугольным камнем всегда было единство стремлений Слайдо – он смотрел на арену и планировал все в голове, держал в уме всю картину целиком. Это был военный гений. Я думаю, что мы сейчас наблюдаем такой же.

– Он ведь служил у Слайдо, верно?

– Да. Его досье говорит само за себя.

– Но в пехоте, – нахмурился Петро. – Полномочия Гаунта никогда не простирались на полномасштабное командование всей битвой, не в таком размахе.

– Думаю, ему просто до сих пор не представлялось шанса показать себя в этом – комиссар, командующий войсками, всегда выполняет распоряжения старших по званию. У него не было возможности, подобной этой. И потом… ему сейчас есть что доказывать.

– Какого феса ты имеешь в виду, Бан?

– Высшее руководство истреблено… или, как Штурм, опозорено. Судьба и его собственные действия поставили Гаунта во главе – и, я думаю, он захочет сделать все, чтобы доказать, что оказался на своем месте.

На перекрестке фг/567, в самом сердце восточных трущоб, пехота Балвера была близка к поражению. У них не осталось противотанковых гранат, и зойканские танки клином вошли во врата Кроу, превращая гектары жилых кварталов в пустыри.

Балвер и его Севгруппская армия продвигались к югу от перекрестка, разбираясь с зойканскими солдатами в рокритовом лабиринте, который когда-то был жилым кварталом. Танковые снаряды свистели над ними, вышибая куски стен и дороги, вздымая столбы щебня и пыли.

Внутри станции фуникулера, среди резных мраморных колонн и старинных бронзовых скамеек, они вступили в ближний бой с фалангой зойканцев. Все новые и новые солдаты прибывали через турникеты или взбирались через развороченные остатки поезда, сделавшего последнюю остановку на станции. Повсюду лежали погибшие штатские.

Балвер возглавлял атаку, ломая могучим силовым когтем броню и отстреливаясь из автогана. Вокруг него падали замертво бессчетные солдаты. Лаззаряд задел его плечо, и его отбросило.

Когда он поднялся, что-то изменилось. На станцию выдвинулась новая боевая сила и врезалась в зойканцев с фланга. Это не были Севгруппы, Вервунский Главный или даже Гвардия. Это были рабочие, местные, вооруженные подобранным оружием, кирками – всем, что нашли. Балвер узнал в них одну из многочисленных очистных групп, неофициально собранных из добровольцев-рабочих, чтобы поддержать оборону. Он уже неоднократно слышал о рабочих, которые выскакивали из развалин и помогали Гвардейцам, но – так много хорошо организованных людей… Их ярость поражала.

Ожесточенное сражение продлилось около восьми минут. За это время взвод Балвера и рабочие убили на станции всех до единого зойканцев.

Раздались радостные крики и свист, и солдаты Севгрупп обнимали вервунцев, словно новообретенных братьев.

Невысокий плотный рабочий с одним глазом, перемазанный грязью и кровью, прохромал к Балверу и салютовал.

– Кто вы? – спросил Балвер.

– Сорик, командующий Литейной Нерегулярной, сэр!

Балвер не удержался от улыбки. У главаря рабочих к куртке были пришиты генеральские погоны, сделанные из бутылочных крышек.

– Благодарю Императора, что послал вас, генерал Сорик.

Сорик умолк и застенчиво покосился на свои знаки отличия.

– Простите, сэр. Просто шутка, чтобы повеселить своих. Я просто начальник производства…

– Который сражается, как магистр войны. Сколько вас?

– Сотен семь, сэр, – рабочие, трущобные, да кто угодно. Мы пытались помогать улью с самого начала, а когда пал Щит – все, кто не сбежал, сражаются.

– Вы пристыдили нас.

Сорик нахмурился.

– Если уж мы не защитим собственный гребаный улей, сэр, то я даже и не знаю, кто защитит.

Инструкции требовали, чтобы командование всех частей информировало Штаб в Хребте о масштабах и расположении всех встреченных групп, чтобы их можно было снабдить кодом и вписать в структуру обороны. Балвер подозвал воксиста и продиктовал информацию о Сориковой Нерегулярной. Он посмотрел на Сорика.

– Нужно скоординироваться, генерал. Хвала Императору за таких, как вы, но мы сможем победить, только если военные силы и гражданские ополчения будут работать как одно целое. Собирайте своих и передавайте информацию. Ополченцы должны пытаться выйти на связь с Имперскими силами, чтобы брать вас в расчет. И вам тоже придется выполнять приказы.