Связав руки Владу ремнем, он направился к машине. Однако, сделав лишь пару шагов, замер, сначала почувствовав едва уловимое тепло, исходившее откуда-то слева, а потом боковым зрением разглядел силуэт человека. Почти одновременно раздался голос Седого:

– Я очень хорошо стреляю…

– Уроды, – размышляя, как быть, вздохнул Матвей.

В левой руке бандита вспыхнул фонарь. Нет, он не направил луч света ему в лицо, а светил под ноги.

– Влад живой? – обыденным голосом спросил Седой.

– Живой. – Матвей незаметно расправил плечи, чтобы показалась рукоять вставленного за пояс пистолета.

– Не делай глупостей, капитан запаса Кораблев, – попросил с какой-то затаенной тоской Седой. – Вернее, находящийся в режиме ожидания. Так, кажется, у вас называется период после досрочного увольнения до тридцати двух лет?

– Даже это знаете, – Матвей сплюнул себе под ноги.

– Положено, – усмехнулся Седой. – Теперь осторожно вынь из куртки Влада удостоверение.

Теряясь в догадках и едва подавив в себе желание воспользоваться случаем, чтобы выхватить пистолет, Матвей выполнил требование. Седой поднял фонарь выше:

– Открой.

Матвей раскрыл красную корочку с тисненными золотом буквами аббревиатуры ФСБ.

– Майор Галеев Владислав Иванович, – прочел он вслух. – В каком метро купили?

– Ни в каком, – заверил его Седой. – У тебя есть сотовый телефон. Позвони генералу Родимову…

Если сказать, что слова, сорвавшиеся с губ этого человека, были сродни грому среди ясного неба, значит, не сказать ничего. За все время с момента увольнения ни один человек даже близко не мог предположить, кем Кораблев был до начала весны прошлого года. Все считали его просто уволившимся из армии офицером, который проходил службу в одной из частей Центрального округа. Да, закончил Рязанское училище ВДВ, был в командировках на Северном Кавказе, и все… Услышать фамилию куратора самого секретного направления ГРУ было сильнее удара током.

– Как… Вы… Но зачем?

– Уже год мы ведем разработку «Новой расы», – пояснил Седой. – А теперь давай приводить в чувство майора Галеева…

– Ты сам или мне? – глядя на лежавшего без чувств Луку, спросил Лентяя Серьга, вынимая из кармана кусок капронового шнура.

– Сам! – с этими словами Лентяй залепил ему мощнейшим ударом правой в подбородок.

Эффект неожиданности сработал. Лязгнув зубами, Серьга рухнул на спину, поднес руки к вискам, однако в последний момент они безвольно упали на землю.

– Зачем? – удивленно захлопал глазами Хам и в следующий момент получил боковым правой в голову. Однако так же, как Луку, с одного раза его свалить не удалось. Сморщившись и втянув голову в плечи, Хам отшатнулся, в результате чего Лентяй «достал» его лишь в конце траектории. Удар получился несильный и сыграл не в его пользу. Хам отскочил и поднял кулаки на уровень подбородка. Лентяй шагнул к нему с ударом левой руки в голову. Однако Хам мастерски «провалил» его, отступив на шаг, и тут же вернувшись назад, всего лишь выпрямил левую руку. Пытаясь сократить дистанцию, Лентяй бросил тело вперед, налетел на кулак грудью и сбил дыхание. Еще ему стало ясно, что Хам знает бокс, причем на уровне как минимум второго разряда, и он решил пойти на хитрость.

– Но ты чего? – Лентяй поднял руки на уровень ушей. – Хватит. Выпустили пар. Давай поговорим?

– Не о чем мне с тобой базарить! – сверкнул глазами Хам.

– М-м-м! – простонал Серьга.

Лентяй бросил на него короткий взгляд.

Бандит уже сидел на земле и, морщась, трогал подбородок.

Не раздумывая, Лентяй шагнул к нему и залепил носком кроссовки в переносицу. Серьга снова завалился на бок.

– Ах ты, сука! – раздался сзади вопль.

Лентяй развернулся, и вовремя. Хам летел на него с перекошенным лицом. Лентяй собрался. Половина боя выиграна, Хам пришел в бешенство, а значит, плохо соображает. Лентяй же технарь. Он ловит на ошибках и таких тоже. Теперь уже он встретил «прямой левой» в грудь Хама. Охнув, тот встал, однако тут же опрокинулся от удара в основание челюсти кулаком правой. Рухнув, как и Серьга, на спину, он зарычал и, перевернувшись на живот, встал на четвереньки. На траву изо рта упали крупные капли крови. Еще один «плюс» в копилку Лентяя. Запах и вкус собственной крови вызывает страх…

Лентяй подскочил к Хаму и стал без разбору наносить ему удары ногами в голову и торс. Он перестал бить лежащее на боку тело только из-за того, что его оставили силы. Тяжело, со свистом втягивая в себя воздух, Лентяй подошел к Серьге. Рухнув на колени, взял лежащий рядом с ним шнур. Некоторое время размышлял, правильно или нет он поступает. Ведь ему придется отобрать жизнь. Но если он этого не сделает, убьют его. Точно так Арчи поступил с Зайкой, а теперь собирается убить еще и Марту…

Лентяй перевернул Серьгу на живот, сел к нему на спину, накинул на шею удавку, скрестил и потянул за ее концы. Некоторое время Серьга лежал, словно большая кукла. Потом вдруг резко захрипел и потянулся руками к горлу. Спина выгнулась, и Лентяй с трудом удержался на ней. Почти сразу тело обмякло, но через мгновение по нему пробежала волна судороги. Все. Еще немного подержав концы шнура, Лентяй обессиленно свалился с Серьги и некоторое время смотрел в бездонную синеву неба. Придя в себя, встал на четвереньки и пополз к Хаму. Однако на половине пути встал. Он вдруг понял, что не сможет его задушить. Нет больше сил пережить ощущение трепещущего и конвульсирующего под ним тела.

На глаза попался обыкновенный камень. Размером с ладошку, он лежал на дне небольшого овражка, по которой в дождь со склона стекала вода… Взяв его, Лентяй вернулся к Хаму. Тот лежал на боку с перепачканным кровью лицом. Подняв булыжник над головой, Лентяй опустил его куда-то в район уха. Тут же собрав все силы, снова размахнулся и двинул еще раз. Раздался звук лопнувшего арбуза. В нос ударил запах, от которого стало нехорошо. Стараясь не смотреть на размозженный череп, он встал и направился к машине. Однако, сделав пару шагов, вдруг понял, что весь в крови. Чертыхнувшись, развернулся к Серьге. Оставалось одно, забрать его одежду. Но она на несколько размеров больше. Он перевел взгляд на Хама и тут же отвел его в сторону. Он выглядел ничуть не лучше. Лука! – осенило его, и Лентяй направился к психотерапевту.