Щелк!

Но на этот раз изменение света и щелчок не испугали его.

Когда комната полностью преобразилась, Адам стал ее внимательно оглядывать.

Теперь он обратил внимание на то, что больше всего пугало его прежде. Например, освещение и цвета. Они были более приглушенные, в коричневатой гамме. Звуки проносящихся автомобилей, шум душа наверху были чуть глуше и тише обычных.

Свет за окном был, напротив, очень ярким. Он выглянул наружу.

Снег.

Ему вспомнилась улица, которую он вчера видел в видоискателе около дома Лианны. Она была также усыпана снегом.

Камера вовсе не была сломана. Я видел снег.

Он пытался вспомнить, что было четыре года назад. Был ли снег? Он никак не мог сосредоточиться.

Адам подошел к кровати. Пощупал простыни. Потом провел рукой по спинке и нащупал жесткие комочки жвачки. Он их всегда прилеплял туда.

Пока мама не велела навести порядок и все выкинуть. Мне было десять лет.

Он посмотрел на книжные полки и увидел книжку Джека Финни. Он не видел ее с тех пор, как дал почитать Лианне в седьмом классе. Он протянул руку, чтобы взять ее. Пальцы сжали переплет. Он чувствовал его на ощупь. Но книжка не сдвинулась с места. Словно она была из какого-то необычного материала. Вроде бы и плотного, а вроде бы и нет. Так, уплотнившийся воздух.

Он потянул сильнее. Рванул на себя. Она поддалась.

Топ-топ-топ-топ.

Адам резко обернулся. Книжка упала на пол.

Папа сердито топал по лестнице.

Но какойпапа? Прошлый или настоящий?

Какая разница. Сейчас все не к месту — что тот, что этот.

Он метнулся вон из зоны видения камеры.

Щелк!

Его комната — нормальная, привычная и, главное, неэфемерная — мгновенно материализовалась вокруг него.

Папа — настоящий папа — вошел в комнату и сразу уставился на видеокамеру.

— Так это твое домашнее задание?

— Видеокласс, — не задумываясь, выпалил Адам. — Вернее, видеопроект. Это по искусству коммуникаций.

— Откуда ты ее взял? — отец направлялся к камере.

— Не трогай! — крикнул Адам и бросился к отцу, чтобы встать у него на пути.

Но было поздно.

Папа взял камеру и посмотрел в видоискатель.

— Да она сломана.

Эти слова мистера Сарно весь день звучали в голове у Адама. Он ничего не увидел. Лианна тоже ничего не разглядела.

Я один вижу?

Вывод: либо камера с придурью, либо я.

Запись все покажет. Ему до смерти хотелось поскорее просмотреть ее.

Он прихватил кассету в школу. Она лежала на самом дне его школьного ранца. Гоня на велике в школу вместе с Лианной и Рипли, он чувствовал, как она болтается у него за спиной.

— Терпеть не могу всякие сюрпризы, — заметила Лианна.

— Этот тебе понравится, — успокоил ее Адам.

— По мне, так чтоб позабавнее и покороче, — насмешливо бросил Рипли. — А то мне на тренировку.

Они пронеслись по Локаст-авеню и свернули на дорожку, ведущую к дому Рипли.

— Рипли, — обратился к нему Адам, ставя свой велосипед на заднем дворике. — Тебя как ветром сдунет.

Если все пойдет как следует.

О том, что будет, если все пойдет не так, как он рассчитывал, Адам старался не думать. Только поднимаясь по лестнице в комнату Рипли, он почувствовал, как его всего трясет.

А если все пойдет шиворот-навыворот?

Сплошной позор. Друзья решат, что я совсем свихнулся.

Стоп. Думай о лучшем.

Если все пойдет путем, если ему действительно удалось записать прошлое, если камера и в самом деле зафиксировала происходившее четыре года назад…

Суббота. Три часа дня.

Несчастный случай.

Ему придется отправиться на озеро, взять с собой видеокамеру.

Нет. Даже думать об этом не смей.

Все произойдет снова. У него на глазах. Не какими-то отрывками. Он все узнает. Наверняка.

И это пугало его больше всего.

Рипли с трудом открыл дверь в свою комнату из-за кучи наваленной одежды. Они пролезли внутрь, подняв облачка пыли.

— Да как ты можешь так жить? — удивилась Лианна.