Среди своих соратников Марти заметно выделялся своими поистине энциклопедическими знаниями, глубокой теоретической подготовкой. Как теоретику-мыслителю, идеологу революции, ему было присуще стремление во что бы то ни стало разобраться в самой сути анализируемых проблем.

Ум и талант мыслителя органически сочетались у Марти с его мастерством трибуна «глаголом жечь сердца людей». В его речах и выступлениях чувствовались логика и убежденность мыслителя, непоколебимая воля революционера-борца и, конечно, темперамент и страстность, в которых национальный характер кубинца был помножен на одухотворенность, свойственную людям, увлеченным высокими идеалами и презирающим любые проявления обывательского смирения и благополучия. «Не смерть страшна. Ужасно мертвым жить» — эти слова Марти стали символом всей его жизни, неотъемлемой чертой его морального облика. И никакие трудности борьбы, ни размолвка с семьей не помешали ему следовать велению революционного долга.

24 февраля 1895 г. на Кубе началась революция. 7 февраля 1895 г. Марти прибыл в маленький городок Монтекристи на острове Санто-Доминго, где жил генерал Максимо Гомес. Здесь они 25 марта подписали «Манифест Монтекристи» — воззвание к восставшему народу, в котором излагались основные цели и задачи национально-освободительной войны. 11 апреля Гомес и Марти высадились на побережье Кубы, где уже развернулась партизанская война. Однако в тот момент, когда революция приобретала все больший размах, жизнь Марти оборвалась: 19 мая 1895 г. в перестрелке с испанскими войсками Марти погиб в бою под Дос-Риос, погиб как воин, как боец революции, до конца выполнивший свой долг перед Родиной.

Жизнь Марти — это подвиг мыслителя и революционера. Его ум и энергия, мысль и действие всегда верно служили делу революции, делу борьбы за счастье своего народа. Он с полным правом сказал о себе:

Обоснование и защита требования национальной независимости Кубы — главное в теоретической и революционно-практической деятельности Марти.

Уже в молодые годы у Марти сформировался революционный подход к решению проблемы национальной независимости Кубы. В начале 70-х годов он выдвигает и обосновывает требование всенародной войны за независимость Кубы как единственного средства радикального решения вопроса. «Независимость или смерть!» — таков лозунг, данный им национально-освободительному движению.

Этот лейтмотив пронизывает три статьи, написанные Марти в 1873 г., — «Испанская республика перед лицом кубинской революции», «Решение» и «Реформы». В первой из названных статей он писал: «Куба хочет быть свободной. И так же как народы Южной Америки добились независимости от реакционных правительств, так же как Испания добилась независимости от французов, Италия — от Австрии, Мексика — от наполеоновского честолюбия, а Соединенные Штаты — от Англии, так же как все народы добились независимости от своих угнетателей, Куба в силу закона своей непреклонной воли, в силу закона исторической необходимости должна добиться своей независимости» (12, стр. 211).

В статье «Реформы» Марти показал, что в новых условиях реформы (предоставление Кубе автономии и др.) уже недостаточны, а война за независимость есть самое радикальное средство решения кубинского вопроса. Когда Куба находилась в мире с Испанией, когда противоречия не обострились, а принципы не были потоплены в крови, тогда реформы были необходимы и вполне закономерны. Сейчас же, когда гнет породил войну, эшафот стал единственным выражением сострадания и все доведено до крайности и безрассудства, необходимы и закономерны не реформы, а независимость. Независимость необходима, заявляет Марти, ибо не проходят напрасно кровавые народные революции. В статье «Решение» он выражает твердую уверенность, что кубинский народ добьется своей цели: «конечным итогом самоотверженной борьбы кубинцев будет независимость Кубы» (11, стр. 235). Опыт Десятилетней войны еще более убедил Марти в этом.

Характерная черта Марти как революционера-демократа состоит в том, что он не ограничился выдвижением революционной программы решения кубинского вопроса, но и обосновал всенародный характер войны за независимость, решительно высказавшись при этом за ее дальнейшее перерастание в революцию, призванную преобразовать старый общественный и государственный строй Кубы на новых началах, в интересах народных масс. Тем самым он сделал большой шаг вперед по сравнению со своими предшественниками в национально-освободительном движении Кубы и Латинской Америки.

X. Маринельо справедливо отмечает, что кубинская революция 1895–1898 гг. «была последней в цепи подобных революций, происходивших в Латинской Америке. Боливар и Хосе Марти отделены один от другого тремя четвертями века. Это обстоятельство, а также специфические условия, существовавшие на Кубе, определяют то, что революция здесь была наиболее народной и демократической из всех революций прошлого века в Латинской Америке» (27). Сам Марти, высоко оценивая роль Боливара в национально-освободительном движении Латинской Америки, отмечал, что «Боливар страстно боролся за независимость Америки, но не отстаивал право народа самому управлять своей страной» (11, стр. 139).