Она повернулась к стоявшим неподалеку от нее Сергею с Сашей:

— Знаете, мне не верится, что его нет. Что он, такой красивый и жизнерадостный, румяный и веселый, лежит здесь, зарытый в земле... Это абсурд. Я уверена, что он сейчас дома и ждет меня. Только, пожалуйста, не смотрите на меня как на сумасшедшую...

Затем она снова повернулась к могиле, встала на колени и помолилась, чего никогда не делала прежде:

— Прости меня, Оскар, прости, если сможешь...

— Когда ты узнала, что у тебя умер отец? — вдруг спросил Сергей, чем очень удивил Сашу, но потом уже и он сообразил, что таким образом он хотел только отвлечь Риту от мыслей о покоящемся здесь муже.

— Когда была у матери. Представляете, — она горько усмехнулась, — она мне даже ничего не сообщила... И это называется мать? А сколько Оскар ей сделал добра! Я же вам не сказала: она забрала у меня все драгоценности, которые я отдала ей на хранение. У них с Арамой был договор... Но это теперь неважно. И хотя он ушел, и ушел от меня навсегда, он все сделал для того, чтобы я не осталась с пустыми руками... Оскар был хорошим, заботливым мужем...

— Поехали, а то дождь собирается... — поторопил ее Можаров. Саша понял, что он старается увезти ее поскорее с кладбища, а потому уже в машине, не желая видеть, как будет страдать Рита на другом кладбище и убиваться, что не похоронила еще и отца, Сергей предложил ей сам заняться поисками места его захоронения. Им с Сашей все-таки удалось уговорить Риту вернуться в клинику, чтобы она не опоздала на уколы и процедуры.

Когда за ней закрылась дверь палаты, Можаров сказал:

— Ее сейчас нельзя оставлять одну... Саша, вот тебе ключи от офиса. Открывайте утром без меня, хорошо? А я подежурю возле нее.

— Она нравится тебе? — В голосе Саши сквозила и ревность, и грусть, хотя он давно уже понял, что Можаров появился в жизни Риты не случайно и что рано или поздно, когда она забудет Оскара и Амфиарая, посмотрит и на Сергея другим взглядом. Больше, чем дружеским.

— Я несу за нее ответственность...

— И все?

— Нет, не все. Много будешь знать, скоро состаришься... Вот теперь все, свободен...

...Рита подошла к окну и выглянула во двор. Прошел уже месяц с тех пор, как ее выписали из больницы. Несколько раз за это время к ней привозили адвоката, который объяснял ей ее права, учил, что надо сделать, чтобы оформить все документы на наследство. Но ни сознание того, что она является полновластной хозяйкой двух московских квартир и большого валютного счета в банке, ни того, что она совершенно поправилась и физически чувствовала себя превосходно, не приносило ей какой-либо радости. Она была счастлива лишь тогда, когда раздавался телефонный звонок и знакомые и ставшие почти родными голоса Саши и Можарова сообщали ей о том, что собираются нагрянуть к ней в гости. И вот тогда она оживала, надевала фартук и шла на кухню готовиться к встрече гостей. Ей нравились эти парни, и она знала, что своим здоровьем и обретением душевного равновесия она обязана только им да еще врачам и медсестрам, которые так заботились о ней.

Знакомые и друзья Оскара всячески демонстрировали свое презрение к ней, не звонили, никуда не приглашали. Рита же сочла это только за благо. Она и не хотела встречаться ни с его коллегами по работе, ни с теми, с кем сводил его Ащепков. Единственным человеком после Оскара, перед которым она чувствовала свою вину, была Вера. Под настроение она однажды позвонила ей и, прислушиваясь к длинным гудкам, вдруг страшно разнервничалась: а не пошлет ли ее Вера куда подальше, не отматерит ли ее? Конечно, Рита не могла не признаться себе в том, что звонок к Вере вызван не только желанием поговорить по душам с женщиной, у которой она прямо из-под носа увела красивого парня, ради него, как Рита уже теперь понимала, Вера и устроила всю эту вечеринку, но и попыткой узнать что-нибудь об Амфиарае. Ей, как и всякой брошенной женщине, было важно узнать, что случилось с ним в тот день, что он так поспешно съехал с квартиры и даже не оставил ей никакого письма. Он исчез из ее жизни так же неожиданно, как и появился. И в первом случае, и во втором его действия вызвали у Риты настоящий шок. И хотя грешно было мечтать, что причиной его поведения было нечто настолько серьезное, что иначе повести себя по отношению к ней он просто не смог (к примеру, ему на сотовый мог кто-то позвонить и сказать, что у него возникли большие сложности, и в случае, если он не решит проблему, его ждет смерть — ситуация для таких богатых и с явным криминальным душком личностей, вроде него, вполне реальная), все равно Рита в душе желала его смерти... Если свел свои счеты с жизнью такой замечательный человек, как Оскар, то почему должен жить такой мерзавец, как Амфиарай? Чертов грек! Как же она ненавидела его!

— Вера? Это я...

— Господи, неужели это ты, Рита?

У нее от сердца отлегло: тон был более чем доброжелателен. Отчасти Рита отнесла это к простому женскому любопытству: Веру раздирало, куда подевалась Рита Арама, почему не присутствовала на похоронах, что у них было (или есть?) с Амфиараем и чем, наконец, она живет сегодня?.. Масса вопросов, ответы на которые чудесным образом развлекли бы скучающую «соломенную» вдову, какой в душе считала ее Рита. Она знала об их сложных отношениях с Леней, а потому жалела ее и относилась с искренним сочувствием.

— Приезжай, я испекла пирог, сижу скучаю...

— А ты где?

— У себя дома. Вера, у меня ничего не изменилось. Все по-прежнему, вот только Оскара нет и никогда больше не будет...

— Еду... Что-нибудь захватить с собой? Ну, там вина, сигарет?

— Как хочешь...

Вера приехала очень быстро и сразу же бросилась к Рите, обняла ее и даже расплакалась. Рита не почувствовала фальши.

— Ритка, ты постриглась? Так коротко? Отлично. Ты совсем как девочка... Господи, как же у тебя хорошо... Тихо, чисто... А у меня — дым коромыслом, мой Ленчик опять пригласил кучу народа, что-то там устраивает... Знаешь, я привезла тебе деньги. Но не те, что ему дал твой Арама, а свои, которые я копила на перстень с изумрудом.

— Какие еще деньги? Я не понимаю...

— Дело в том, что Леня, эта скотина, решил поживиться на несчастье друга, представляешь? Ведь когда ты исчезла, он разыскал какого-то хмыря, который якобы работал какое-то время следователем, и предложил Оскару, чтобы тот нанял его для твоих поисков. Можешь представить, в каком состоянии был твой муж, когда к нему пришел Леня и предложил такое. Любой бы на его месте ухватился за эту возможность. Но эти сволочи даже пальцем не пошевелили, чтобы найти тебя. Они знали, что ты с Амфиараем. Это ничего, что я тебе про него напоминаю?