Если я в таком виде пойду в больницу, врачи сразу позвонят в милицию. Здесь с этим делом строго, все друг друга знают, а я чужой, так что это сразу станет общенародным достоянием.

Собственно, на банкет к начальству я не собирался, просто чекисты сказали: если надоест гулять, чтобы подошел к мэрии. Гулять, как вы наверное догадались, мне уже надоело, но ясно было, что в таком виде шарахаться у мэрии не стоит, да и чекисты сразу поднимут шум, когда увидят меня такого красивого. С больницей тоже всё ясно. И пусть за всеми этим девичьими тревогами видна в первую очередь забота о непутёвом Никите, зловредном боровичке, которому за унижение высокого гостя грозят большие неприятности, но я всё же не настолько подлец, чтобы мстить ему через «верхи» и тем более доставлять неудобства такой замечательной девушке.

— Ну и что же мне делать? — гнусаво вопросил я. — У меня, по-моему, бровь рассечена и хорошо нос разбит, я весь в крови…

— Я знаю, что мы сделаем! — внезапно озарилась Катя. — Тут неподалёку есть уютное местечко, там хорошая врачиха, она вас осмотрит и окажет помощь. Пойдёмте, я вас отведу.

— А в этом уютном местечке тоже банкет?

— Нн-нуу… да, вроде того… Но там много не пьют, интеллигенция, можно сказать, местная творческая элита, так что можете не сомневаться, помощь окажут обязательно… Пойдёмте, пожалуйста, вам понравится! Там очень интересные и замечательные люди, они будут вам рады. Это рядом.

— Хорошо, пойдёмте.

Катя сбегала за курткой, заодно прихватила свой портрет в моём исполнении, и мы отправились в «уютное местечко».

По дороге в Курково ЧП с Феликсом пересеклись со специалистом по общественным организациям Иннокентием, чтобы обсудить один насущный вопрос.

Иннокентий (оперативный псевдоним, разумеется) выглядел озабоченным. В его «хозяйстве» назревали серьёзные проблемы, требовавшие скорейшего решения.

Случилось так, что постепенно накапливающиеся противоречия между двумя лидерами патриотической молодёжной организации ДНД (Добровольная Народная Дружина) вошли в свою конечную фазу и трансформировались в непримиримую вражду.

Проще говоря, лидеры бросили все дела и самозабвенно бодаются, как два тупых барана. А поскольку за каждым стоят люди, дело идёт к расколу организации.

В общем, ДНД на пороге гражданской войны, и с этим нужно немедленно что-то делать.

И вроде бы всё это звучало смешно, с этакой местечковой наивностью… если бы не ряд серьёзных обстоятельств.

В ходе предшествующего Эксперименту подготовительного этапа специалисты ЧП по общественным организациям проделали немалую работу.

Им удалось создать из ДНД, этой «секции профилактики правонарушений», сохранившейся как рудимент Советской Эпохи, полноценное молодёжное движение — структурированный, удобный, хорошо управляемый инструмент влияния. Этот инструмент неплохо зарекомендовал себя в сфере распространения слухов и формирования общественного мнения, так что ЧП рассчитывал использовать его и в дальнейшем, чтобы разгрузить основные силы и не тратить людской ресурс на ряд второстепенных задач.

Ну и вот такой неутешительный итог: как только движение оформилось и обрело конкретные очертания, оба лидера, которые до сего момента вроде бы шли рука об руку и вместе делали общее дело, почувствовали, что им тесно в одной лодке, и начали непримиримую борьбу за власть.

— Идиоты малолетние! — не удержавшись, возмутился ЧП. — Молоко на губах не обсохло, а туда же… Власть им подавай!

— Надо срочно что-то делать. — Иннокентий озабоченно нахмурился. — Иначе, когда НАЧНЁТСЯ, мы вместо помощи получим две воюющие группировки и в итоге потеряем Движение.

ЧП призадумался. Нет, всё пока идёт по графику, но в последний день почему-то проявляются все шероховатости и неровности. По-видимому, это тоже часть местной специфики: пока готовились, вроде бы всё было нормально и гладко, а перед самым стартом побежали нюансы.

— То есть я так понял, что обоих сохранить не удастся?

— Нет, никак не получится. — Иннокентий с искренним сожалением вздохнул.

Очень жаль. Оба — перспективные лидеры, каждый хорошо прикормлен и крепко сидит на крючке, за каждым стоят люди, часть формации.

— Кого оставим?

Иннокентий назвал имя. Назвал не колеблясь, уверенно и чётко, и ЧП не стал уточнять и перепроверять по своему информационному массиву. Иннокентий спец в своей отрасли, если не сомневается, значит, выбор продиктован целым рядом веских аргументов.

— Но грубо убирать нельзя, — спохватился Иннокентий. — Подставим под удар оставшегося, у него мотивы, возникнут недомолвки, слухи…

— Хорошо. — ЧП посмотрел на Феликса. — Надо сделать тонко.

— Сделаем. — Феликс протянул Иннокентию флэшку. — Подготовь информацию по «объекту». На обратом пути заберу.