Гимнастерка летняя. Опытный летчик был, видишь четыре дырки от наград. Сдал перед вылетом. Вот эта отдельная, от Красной Звезды, остальные не знаю, любые

могут быть, - объяснял я, крутя гимнастёрку показывая то нагрудные карманы, то погоны, то рукава.

– Жаль его, - вздохнул Степка, принимая гимнастерку обратно, и аккуратно сворачивая: - Сохраню на память.

Мы успели обшарить все постройки, и найти немало ценных вещей, которые нам в будущем могли пригодиться. Вставала только одна проблема, катер и лодка и

так были загружены, пришлось сталкивать в воду еще одну лодку, поменьше и цеплять ее.

Немцев сбросили в воду, копать просто не было сил после плотного обеда, привязали груз к ногам и в воду, метрах в двадцати от берега. Там глубины были.

Сбором трофеев мы занимались уже несколько часов, когда из хаты появился Степка.

– Сев, я тут дневник командира нашел. Там где его лежанка в отдельной комнате, - подходя с тетрадкой в толстом переплете, окликнул меня Степан. В

отличие от него я языка не знал. Стёпка два года жил в Берлине, поэтому немецкий язык знал и письмо прочитать сумел.

– Есть что интересное?
– поинтересовался я, грузя в лодку запасные канистры.

– Есть. Пост тут с мая сорок второго организовали. Наших ловили, с двух сбитых бомбардировщиков, наверняка одного из них гимнастерка то. Поймали, но

пост не убрали, более того, по инициативе этого командира организовали тут промысел и коптильню. Все довольны, и этот Ганс, что придумал, место теплое

получил, и командование. Есть свежая и копченая рыба. Кстати, тут написано, что к ним каждые три дня приезжает телега с бочкой, за живой рыбой. Для господ

офицеров в комендатуру и ближайшую часть, - листая тетрадку, рассказывал он, - кучеряво устроились.

– Ты все осмотрел?

– Все, кстати, там ящик с патронами для пулемета, надо бы забрать.

– Где?
– искренне удивился я.

С патронами к устаревшему пулемету было действительно швах, половину одной ленты я выпустил, осталась еще одна. Еще в небольшом ящике на катере нашли

цинк и все.

– Представляешь, командир использовал его как подставку для лежанки. Я проверил, полный. Тяжелый зараза.

– М-да, а грузить и некуда... Ящик на хрен, цинками перетаскаем... Что-то, еще есть захотелось. Там есть чем перекусить?

– Консервы, свежий хлеб. Галеты. Даже кофе в термосе за печкой нашел. Будешь?

– Буду.

– Когда отходим?

– За два часа до того как стемнеет. Нужно уйти подальше и найти укромное место, организовать лагерь. Смотри, - я достал из планшета карту, - вот тут

вся округа и болото есть. Видимо они помимо службы и патруля составляли карту фарватера. Все довольно точно указано.

– Хочешь сюда уйти?
– сразу просек тему Степка, ткнув пальцем в точку островка посередине болота.

– Нет, он близко вот к этой рыбацкой деревне, дым заметить могут. А вот этот конечно дальше от 'окна' чем тот, который ты предложил, но зато и выше, и

труднодоступен. Смотри на обозначения над уровнем моря, судя по окраске на нем деревья растут. И добраться до него не проблема. Видишь, рядом протока

проходит, значит можно на катере пристать, и замаскировать его.

– Угу, хорошее место. Отсюда километров двенадцать по прямой будет?

– Да. Тут главное не заплутать, видишь какой лабиринт из проток?

– Будем смотреть в оба.

– Будем, - ответил я сворачивая карту, - пожрать тащи, а то ща бумагу есть буду.

– Отваливай!
– скомандовал я.

Мы решили не оставлять немцам такой хорошо оборудованный пост, поэтому перед отплытием подожгли его. Сейчас от построек изрядно тянуло дымом, в окне

хаты появились языки пламени. По берегу носилась собака, гавкая. Перед отходом мы сняли ошейник отпустив его.

Увидят дым и зарева пожарищ? Да пожалуйста, без опытного проводника нас не найти, а если даже найдут то пулемет к чему? Отобьёмся, на лодках много

войска не притащишь.

Через несколько минут наша процессия, урча мотором, скрылась в ближайшей протоке.

Дойти до острова мы не успели, просто тупо заблудились, свернув не туда. Лабиринт из проток сыграл с нами злую шутку, уведя в сторону.