уйдем ТУДА, может гулять на все четыре стороны. Насчет отца, то предъявить ему нечего, у него железное алиби, как все выясниться то отпустят. Туда сейчас

адвокат Раевского направляется. Отправка согласно плану, так что пока сидите тихо.

– Ясно, спасибо дядь Олег.

– Сидите тихо.

Убрав мобилу в карман, я вернулся в машину.

– Ну что Толь скажешь?

– Правильно все сделали, я бы на вашем месте честно говоря не знаю как себя повел, но тут я за вас. Зарвались 'черные', так им и надо.

– Тут такое дело Толь, у нас есть планы, которые ты можешь нарушить. В общем, придется тебе пару недель провести в нашем обществе. Потом можешь гулять

на все четыре стороны. Слово боевого офицера.

Водитель развернулся и исподлобья посмотрел мне прямо в глаза, о чем-то размышляя.

– Хорошо. Я тут у бабушки гощу, только нужно её предупредить. Это по пути, заедем?

– Да не проблема. Поехали.

Доехали без происшествий. Узнав, что ночевать будем под открытым небом, Толик взял с собой пару старых матрасов, одеяла, удочки и ведро вместо котелка.

Трудности с питанием решили быстро, заехав и купив в деревенском магазине крупы, чай, сахар, соль, печенье и пакетики с супом. Картошку и лук взяли у Толика.

На пару недель активного отдыха должно хватить.

Бабушка Анатолия, сухонькая старушка с седыми волосами под цветастым платком, стоя возле открытой калитки, трогательно провожала нас взглядом.

– Вот тут поверни, дальше все время прямо, проедем гать и за деревушкой направо. Там считай на месте, - показывал я. За время поисков эти места я успел

излазить, вернее, избегать вдоль и поперек и могу честно сказать, что знаю тут каждую кочку. Спотыкался.

– Болота тут, смотрите, даже на дороге вода, - въехав в особенно большую лужу, прокомментировал Толя. В последнее время мы часто окунались по самый

капот, понимая кучу брызг, в подобные водоёмы на дороге.

– Так насыпали ее когда? В советские времена, с тех пор она никому не нужна, вот и уходит под воду. Кстати, Степ, мобилу выруби, а лучше вообще батарею

вытащи.

Я проделал ту же процедуру, после короткого колебания попросил сотовый у водителя, тот беспрекословно его отдал. Отца взяли менты, а значит и его

мобилу, лучше подстраховаться. Отключив все сотовые, благо заблаговременно договорились о сеансах связи с дядей Олегом, убрал их в сумку.

– Толь, ничего если я твоей мобилой попользуюсь? А то наши похоже засвечены, уходили в спешке.

– Да не проблема, там только денег особо нет, но на десяток звонков хватит... Кстати, ты сказал что боевой офицер, не слишком молод?

Степка в ответ зафыркал, пытаясь скрыть смех. Особого недоверия в его вопросе не было, видимо сравнил стиль поведения как мое, так и Стёпки, вот и

решил узнать поподробнее. На вид мне можно было дать не более двадцати-двадцати трех лет. Два года я ходил в форме, так что выправку, умение строить

предложения, ни под какой одеждой не спрячешь. Анатолий служил, и армейское во мне определил сразу.

– Да нормально, звание сержанта мне присвоили в восемнадцать лет. Через некоторое время уже лейтенанта, - про остальные звания я говорить естественно

не стал, чтобы не потерять доверие парня, хватит и лейтенанта.

– А с рукой что? Заметил, как бережешь ее.

– Пулевое в плечо - снайпер.

– В Чечне?

– У нас не только там войны идут, немного в другом месте.

– Понятно... а какой род войск? Спецназ?
– видимо попытался угадать по стилю поведения и спортивному телосложению.

– Ты будешь смеяться - я летчик. Истребитель.

– А ранение?

– Сбили.

Анатолий на несколько минут задумался, то ли размышляя над прошедшим разговором, то ли сосредоточившись на управлении, дорога действительно стала хуже.

Похоже, зря мы поехали прямой дорогой, нужно было сделать крюк и объехать это болото. Раньше, мы по ней нормально ездили... на тракторах.

Анатолию я сказал полуправду по одной причине, так как основное время мы будем проводить вместе, обучение Степки касаемо боевой службы и мирной жизни в

СССР вряд ли останется им без внимания, то и решил немного приоткрыть завесу тайны.