– За что рассчитаться?

Лют коротко и без красивостей рассказал историю с нападением на саксов под видом солдат франкской армии.

– Это вполне в духе Сигурда и моего тестя. Они воспитанники одного семейства Скьелдунгов. Готфрид тоже ушел от них недалеко, а может быть, и руководит всем этим. Далимил говорит, что к Сигурду прибыло сегодня три гонца.

– Да, – подтвердил плеточник. – Наши люди проследили. Непонятно только, откуда гонцы. Мы бы проследили и дальше, отправь их герцог назад, и даже в пути перехватили бы, но он оставил их у себя.

– Один из Рарога, – категорично заявил Лют. – Князь-воевода велел передать, что Сигурд знает о твоем, княже, отъезде к Карлу. Скурлата остался почти без людей и потому перехватить гонца не смог. Говорит, что много дыр в границе, через каждый лесок можно проехать, минуя посты. Просит, чтобы ты воеводам в закатную дружину приказ дал людей выделить.

– Если гонец уже доехал, то посты усиливать и смысла нет. Но… Что-то тут не вяжется… Сигурд знает и до сих пор так мало мной интересуется?.. – иронично спросил Годослав. – Ах, Трафальбрасс, Трафальбрасс, ты просто обижаешь меня своим невниманием… Впрочем, у него есть удобный способ до меня добраться на турнире. Я опрометчиво согласился участвовать в меле. А там нанести удар в спину можно без проблем.

– Вот потому-то я и пришел, – раздался голос Аббио из-за полога. По-славянски эделинг говорил достаточно хорошо. – Чтобы отвести от вас этот предательский удар. А вы опять поступаете опрометчиво, не оставив у палатки часового.

– Мне просто некого поставить часовым. Я здесь всего с одним воином. И вот только сегодня прибыл второй. Как оказалось, прибыл весьма кстати, чтобы оказать вам, мой друг, маленькую услугу… – поклонился Годослав вошедшему. – Лют рассказал мне об инциденте. Но я надеюсь, что не только это неприятное в начале и удачное в завершение событие заставило вас нанести мне визит.

Аббио поклонился ответно.

– Я благодарен и ему, и вам. Иначе болтаться бы мне в петле на смех воронам. Более того, именно острый глаз вашего воина позволил мне определить национальность нападавших. Иначе сейчас бы уже по всему городу началась резня франков и монахов невзирая на регалии, а завтра началась бы бойня саксов с франками. Герцог Трафальбрасс все продумал мудро и коварно, как опытный змей. И именно это заставило меня постараться ответить тем же самым герцогу. Тем же самым – это вовсе не означает, что я пошлю людей вешать его бочкообразную тушу. И вовсе не потому, что герцога ни одна веревка не выдержит. Рыцарь должен быть достоин своего звания при любых обстоятельствах. Однако у меня есть мысль о том, как помешать Трафальбрассу преследовать вас.

– Я буду рад выслушать дельный совет, – ответил князь, – тем более что он идет от такого человека, как вы, эделинг. Ваш опыт ведения тайной войны и обманывания противника стоит много.

Аббио, довольный похвалой и тем, что он приготовился рассказать, засмеялся.

– Это не просто совет, это целый спектакль, который я предлагаю разыграть. Если у вас нет с собой достаточного количества воинов, князь Бравлин, который в курсе событий, готов вам предоставить своих…

– Я найду воинов достаточно, чтобы обеспечить свою безопасность, – коротко объяснил положение вещей Годослав.

– В том-то и суть вопроса, что следует обеспечивать не вашу, князь, безопасность, – хитро сощурил глаза молодой эделинг.

– Я не понимаю… – Годослав развел руками.

– Сигурда сначала не заинтересовала ваша особа. Он считал вас князем Ратибором из Аварского каганата. Ратибор достаточно известный человек, он одного с вами роста, но в кости поуже и не такой представительный. Но у меня есть воевода Стенинг, опытный воин и рыцарь, хотя и не слишком знатного рода, но очень благородный человек и чрезвычайно умелый воин. У Стенинга при его немолодом возрасте абсолютно ваша фигура. Если он выедет в ристалище в шлеме с закрытым забралом, никто не отличит вас.

– Славяне не носят шлем с забралом, – вставил слово Далимил. – Через забрало нам тяжело дышится.

– Пусть это будет бармица, – охотно согласился Аббио. – Мы включаем Стенинга в число зачинщиков пятым рыцарем, которого искали. И окружаем его вашими людьми или людьми Бравлина. Но это должны быть откровенные славяне. И при этом заявляем, что выставляем рыцаря инкогнито, хотя готовы поручиться за его честь. Это обтекаемая формула. Если кто-то усомнится в чести рыцаря, достаточно одного поручителя, чтобы обвинение снять. А мы поручимся за Стенинга трое, как знающие его. Но присутствие в охране славянских воинов будет красноречиво говорить о том, кто прибыл на турнир. В этом случае мы никого не обманываем. А если кто-то ошибся, то это могут быть только его собственные проблемы. Сигурд переключит на Стенинга все свое внимание, и вы сможете завтра спокойно участвовать в меле.

Годослав думал недолго.

– Я не могу пойти на это. Как можно подставлять вместо себя под удар человека, которого даже не знаешь. Тем более, человека прекрасного, готового на такое самопожертвование. Это было бы полным отсутствием благородства с моей стороны.

Аббио несогласно замотал буйной головой, отчего хвост его волос стал напоминать лошадиный.

– Никакой опасности, уверяю вас, в окружении сильных телохранителей быть не может. А что касается турнира, то для Стенинга уже большая честь войти в число зачинщиков. В ристалище же он мало кому может уступить. Там для него Сигурд уже не представляет угрозы.