Сама не знаю, как это случилось и когда, но я вдруг очень ясно ощутила: я люблю Локи. И чувство к нему сильнее и глубже всех, которые у меня были к кому-то раньше.

– Венди! – Голос Финна вырвал меня из этого чудесного мгновения. – Венди! Что ты делаешь? Ты же замужем! И отнюдь не за этим типом!

– От наших бдительных стражей ничто не укроется, да? – скривился Локи.

– Успокойся, Финн. – Я высвободилась из объятий.

– Нет! – заорал он. – Нет, я не успокоюсь! О чем ты вообще думаешь? Мы вот-вот должны выступить в поход, а ты изменяешь мужу?

– Иногда все не так, как кажется, – сказала я, хотя и понимала, что он прав. Пусть наш с Туве брак решено расторгнуть, но формально я еще его жена. Да и как у главы государства у меня сейчас были куда более неотложные дела, чем поцелуи возлюбленного. – Локи, я хочу поговорить с Финном наедине.

Локи вздохнул и хотел возразить, но я опередила его:

– Локи, пожалуйста.

– Как прикажете, моя королева, – пробормотал он.

Проходя мимо Финна, Локи одарил его насмешливо-проницательным взглядом, но оба ничего не сказали. Обе створки двери закрылись, и мы с Финном остались одни.

– О чем ты думаешь, Венди?

– О том, что вот-вот начнется война. О том, что вчера умерла моя мать. Жизнь очень, очень коротка, и я… я люблю его.

Финн вздрогнул и сморщился, как от боли. Мне тоже было больно – больно видеть его страдание, но Финн должен узнать правду.

– Ты же едва с ним знакома.

– Это так, – согласилась я. – И объяснить ничего не смогу. Однако… что есть – то есть.

– Что есть – то есть! – горько рассмеялся Финн. – Недорого же стоит твоя любовь, если ты ею бросаешься направо и налево. Совсем недавно ты клялась, что твое сердце принадлежит мне, а теперь ты…

– А теперь я замужем за другим, потому что ты не боролся за меня. Я действительно любила тебя, Финн. Ты и сейчас для меня много значишь. Это навсегда. Ты очень добрый и мужественный, и ты так много сделал для меня. Но… ты никогда по-настоящему не хотел быть со мной.

– Это неправда! Ничего в жизни я не желал сильнее, чем быть с тобой! Только это невозможно!

– Вот! Вот оно, Финн. «Это невозможно». «Я не мог». «Мы не можем». «Ты не должна». Ты ни разу не попытался восстать, изменить положение вещей.

– Я… не пытался? Венди, как ты можешь такое говорить?

– Потому что так и есть. Ты не боролся за меня. А я готова была отказаться от всего, чтобы быть с тобой. Но ты ни от чего не стал отказываться. Ты не позволил мне ничем пожертвовать ради тебя.

– Но разве это плохо? Я желал тебе только добра.

– Понимаю, но ведь ты мне не отец, Финн. Ты должен был стать моим… ну, не знаю. Даже моим парнем ты никогда не был. Ты отказывался стать для меня кем-то более важным, пока не увидел, что у меня роман с другим.

– Я только хотел защитить тебя! – настаивал Финн.

– Это ничего не меняет, – вздохнула я. – Я с самого начала боролась с вашими старозаветными порядками, боролась, чтобы сделать жизнь в королевстве лучше – для искателей, для простых трилле. А ты боролся, чтобы все осталось как есть. Тебя устраивает эта нелепая иерархия.

– Да не устраивает она меня!

– Однако ты ничего не делаешь, просто принимаешь все как есть, и с этим я еще могла бы смириться. Но ведь ты хотел, чтобы я тоже так жила, а для меня это невыносимо, Финн. Мне нужно больше. Я хочу больше.

– И ты думаешь, Локи тебе это даст? – спросил он устало.

– Да, – кивнула я.

– А что об этом думает твой муж?

– Пока точно не знаю, я еще с ним не говорила. Неизвестно же, сколько Туве на самом деле знает о нас с Локи. Но мы с Туве решили оформить развод, когда кончится война.

– Ты уходишь от него к Локи? – Финн был уязвлен в самое сердце.

– Нет, это Туве уходит от меня. Он хочет разделить свою жизнь с человеком, которого он по-настоящему полюбит, и этот человек не я.

Финн разом как-то обмяк. Провел рукой по волосам, и я вдруг осознала с болью, что уже никогда не коснусь этих темных волос. Что бы ни было между нами, оно кончилось. Ушло. Финн больше не мой.

– Прости меня, – тихо сказал он.

– Что? – Мне показалось, будто я ослышалась.

– Ты права, Венди, прости меня. – Он встретился со мной взглядом, в глазах было смятение. – Я никогда за тебя не боролся. Я только поддерживал стену, которая разделяла нас с тобой. И… я очень жалею об этом. Всегда буду жалеть.