— Это Заркадес, сэр, — сказала она в темноту. — У вас есть полетное задание для «Раптор-89»?

Шелест бумаг, потом звук шагов и скрип фанерного пола.

— Воздушный десант, командир. Вы и «Раптор-42» направляетесь в Аль-Анбар. Подразделение морской пехоты попало в ловушку. Они под сильным огнем.

Заработал генератор, и в трейлере зажегся свет.

Перед Джолин стоял капитан Уилл Россен и протягивал приказ.

— Слушаюсь, сэр.

Капитан кивнул:

— Удачи!

Джолин и Тэми прошли в небольшую комнату, примыкавшую к пункту управления, и взяли свои вещи. Джолин надела тяжелый бронежилет с кевларовыми пластинами, взяла сумку. Пока они петляли по покрытым грязью дорожкам, начался дождь. Джолин посмотрела на небо — звезды скрылись за слоем серых облаков.

— Черт. Видимость ухудшается.

Они ускорили шаг, громко шлепая по грязи. С Джолин поравнялся Джейми, но никто из них не произнес ни слова. Их догнал Смитти, на ходу застегивая шлем.

— Ты сегодня слева? — спросила Тэми после осмотра машины.

Джолин кивнула, забралась в кресло и пристегнула ремни. Потом защелкнула на шлеме очки ночного видения, надвинула на глаза.

Через пять минут они уже поднялись в воздух, под самые облака.

В задании были задействованы два вертолета. Они летели рядом, поддерживая постоянный контакт, над черным пространством пустыни, над Багдадом — в провинцию Аль-Анбар, в район Фаллуджи.

В воздушное пространство Фаллуджи они вошли с севера, и тут же послышалась пулеметная очередь. По фюзеляжу зацокали мелкокалиберные пули.

— «Раптор-89», под огнем, семь часов, двести метров, — сказала Джолин в микрофон.

Второй вертолет откликнулся немедленно:

— «Раптор-42», под огнем, девять часов, ухожу вправо.

Они летели над небольшой деревней. По ним стрелял пулемет, установленный на крыше одного из домов.

Джолин окинула взглядом пространство внизу; очки ночного видения позволили заметить несколько десятков зеленовато-белых точек, передвигающихся в темноте. Солдаты, попавшие в ловушку, или охотящиеся за ними повстанцы? Она протянула руку к тумблеру, и в этот момент все взорвалось.

Реактивная граната ударила в фюзеляж; взрывом Джолин отбросило в сторону, а ее правая нога описала дугу и врезалась в приборную панель.

Кабина наполнилась дымом; в заднем отсеке машины бушевало пламя — Джолин чувствовала жар. Она окликнула членов экипажа, но никто не ответил. Стиснув рычаг, она пыталась удержать машину в воздухе, но вертолет падал — пикировал — на землю со скоростью сто пятьдесят миль в час.

Второй двигатель взревел, и приборная панель погасла. Ничего. Даже температуры двигателя.

Джолин снова окликнула экипаж, приказав готовиться к удару, а потом включила сигнал бедствия и попыталась сообщить свои координаты, но дым был таким густым, что не давал дышать. Она успела лишь сказать: «Терпим бедствие» — и машина рухнула на землю.

После долгого дня, проведенного за снятием письменных показаний с полицейских, которые допрашивали Кита Келлера, Майкл вернулся домой, едва держась на ногах от усталости, и приготовил девочкам ужин — курицу с рисом, один из рецептов, найденных в большом блокноте Джолин. Потом, когда дочери уснули, он прошел в пустую гостиную и долго стоял там один, удивляясь тишине в доме.

Его охватило странное чувство, такое непривычное, что он не сразу его узнал. Одиночество.

Майкл так долго злился, что ему выпала роль Мистера мамочки, а заботу о детях, необходимость готовить и покупать продукты он считал унижением мужского достоинства. Винил Джолин, что она свалила на него кучу обязанностей, которых он не желал выполнять и с которыми не знал, как справиться. Но за последние несколько недель все изменилось, и он изменился. В нем открылось что-то новое, неожиданное. Ему нравилось читать Лулу перед сном, слушать ее смешные вопросы, смотреть, как ее маленький пальчик тычет в картинки в книге. Нравилось, когда вечером Бетси садилась рядом с ним у телевизора и рассказывала о своих школьных делах. Нравилось, что они вместе ходили в магазин, вместе что-то делали, вместе смеялись и играли.

Ему не хватало Джолин. Почему раньше он не задумывался о том, какой может быть жизнь без нее?

Она так далеко, и каждый день ей угрожают пули и самодельные бомбы, каждый день меняет ее так, как он и представить себе не может. И с чем он ее отправил туда? Я больше тебя не люблю.

Майкл включил телевизор. Последняя кассета, которую прислала Джолин, была там, как всегда. Девочки смотрели ее бесконечно.

Он нажал кнопку «воспроизведение».

Вот она! Джолин в военной форме, улыбается в камеру, показывает «достопримечательности» Балада — вот здесь нам дают вкусный пирог…

Его жена.

Пленка закончилась, и на экране застыл последний кадр. Они с Тэми стоят, обнявшись, обе в военной форме. Джо широко улыбается, но глаза не могут скрыть правду. Она напугана и одинока, как и он.

От желания поговорить с ней защемило в груди.

Но позвонить невозможно. Остается написать письмо.

До сих пор он не решался. В последние недели несколько раз начинал, но удалял написанное. Ему было стыдно. И что теперь: просто отправить ей письмо, показать, что все изменилось?