— Я же не дурак!

В глубине души проводник с этим не согласился.

— Я спрятал оружие. — Хуан Энрике выпятил грудь, довольный своей хитростью.

— Идите и добудьте его. Я сказал, что мы расположимся возле реки и станем ждать его.

— Я — буду ждать его?

Проводник пожал плечами:

— Вам лучше сделать, как было договорено. Он привезет вам вашу добычу.

Хуан Энрике в растерянности посмотрел на черного. Он никак не мог придумать, как бы добыть драгоценности без уплаты оружием. Плата была дорогая. Ему было жаль денег.

Проводник предупредил:

— Злой — плохой человек. Он ни перед чем не остановится. Он не любит испанцев и может убить вас.

Хуан Энрике вздернул подбородок:

— Он не посмеет убить меня, — хвастливо проговорил он. Но страх сковал его. Сколько их было? Восемь или девять? А их только четверо. Двое женщин бесполезны — не в счет. А можно ли положиться на этого чернокожего? Да, расклад не в его пользу.

— Я силен, — на всякий случай добавил он.

Чернокожий почти рассмеялся.

— Доставайте оружие, — сказал он. — Злой может скоро вернуться.

— Сколько дней ему понадобится? Когда он привезет мои драгоценности?

Стефано пожал плечами:

— Он не сказал. Просто сказал «скоро». Мы будем ждать — привозите оружие.

Стефано с сомнением взглянул на Дельгадо и тронул лошадь. Он не верил испанцу. Если к моменту встречи оружия не будет, Злой убьет всех испанцев, а, если сможет, то и его. В том, что Злой добудет драгоценности, у него сомнений не было.

Хуан Энрике стиснул зубы и пришпорил мула. На ходу он злобно взглянул на тетку в очках, вцепившуюся в своего осла.

— Слушайте, вы! — крикнул он ей. — Эта экспедиция будет стоить мне целого состояния! Смотрите не обманите: мне нужно богатое приданое!

Мария Антония, гордо восседая на Изабелле, последовала за ним. Проезжая мимо доньи Матильды, она высунула язык.

Матильда Хосефа поджала губы и натянула поводья.

Хуан Энрике еще раз обернулся через плечо на тетушку, кипя всем сердцем.

— Снимите же эти дурацкие очки! Из-за них у вас такой глупый вид!

В индейской деревне племени хикарилья

Прошло пять дней с тех пор, как Пума приказал Кармен оставаться в вигваме. Она послушалась его. Но как же она устала сидеть взаперти! Хорошо еще, что было не очень жарко. Кармен выглянула наружу. Этот день обещал стать жарким. Кармен вздохнула: она не желала больше оставаться здесь и шить! Она уже переделала тьму дел: насушила припасов, сшила одежду, переточила все ножи. Все, что она могла найти в качестве занятия, было сделано.

Кармен опять вздохнула: самое плохое то, что Пума ушел с группой мужчин охотиться, потому что надо было сделать запасы мяса на зиму. Как же она скучала без него!

Кармен стала вновь наводить порядок в уже и без того ухоженном вигваме. На этот раз, решила Кармен, она всеприведет в порядок. Правило номер 191гласило: Хорошая жена следит за своими слугами, дабы те содержали дом в порядке, и нигде не было бы пыли и грязи.

Кармен подняла глаза: разве что я никакая не жена, проговорила она про себя негодующе. Я — любовница. И где слуги? — грустно закончила она.

Она начала поднимать одеяла на постели Пумы и нашла кожаный мешочек, содержавший в себе все ее приданое. Она улыбнулась и заглянула в него. Все было в целости и сохранности. Она вытащила длинную нитку жемчуга и обернула вокруг своей шеи. Потом посмотрела на свою грудь в жемчугах. Они совсем не подходили к ее индейскому одеянию из оленьих шкур. Со вздохом она сняла их и положила обратно. Она повесила мешочек на гвоздь рядом с оружием Пумы. Ведь это целое состояние, подумала она.

Глаза ее упали на соломенную куклу, которую она сделала своими руками. Ей подумалось, что Снежной Ягодке понравилась бы такая игрушка. Жаль, что ее нельзя пока навестить. На кукле была маленькая испанская мантилья и шелковое платье. Кусок шелковой материи Кармен срезала со своего собственного бирюзового платья. Теперь оно ей было не нужно.

Кармен знала, что девочка поправляется, но ей не терпелось увидеть ее. Парящая В Небе заходила к ней и рассказывала о девочке, но увидеть своими глазами — совсем другое дело…

Кармен вздохнула: наверное, скоро приедет Пума. Может быть, этой ночью. Надо только пережить этот день, и она снова будет в его объятиях. Она улыбнулась: она женским чутьем чувствовала, что он любит ее. В своей любви к нему она не сомневалась. Эти одинокие дни помогли ей разобраться в своих чувствах. Хотя она была помолвлена с Хуаном Энрике Дельгадо, любила она Пуму.