– Это не этично, молодой человек. Как можно?!

Молча достаю из кармана сложенный пополам скромный «пресс» из зеленоватых рублевых купюр, отсчитываю 5 штук – протягиваю ему.

Андрей Горыч принимает передачу, и по-хозяйски сам из моего «пресса» вытягивает ещё одну бумажку:

– А это пеня!

– Пени, – поправляю я.

– Иди за мной, – попеременно путая ты и вы, Тренер захлопывает тетрадь и достает из верхнего ящика столешницы связку из тысячи ключей.

После расчетной операции с вменённым оброком – настроение у старого наставника заметно улучшилось.

Мы молча двигаемся по узкому плохо освещенному коридору в сторону каптерки и помещения для переодевания, совмещенного с импровизированным из картонного короба душем.

Тренер подводит меня к длинному коллективному металлическому шкафчику. Подобрав, не понятно по какому принципу, нужный ключ, отпирает ячейку номер 48.

– Твоё? – спрашивает Андрей Горыч.

– Моё, – я достаю свой скомканный пыльный горный рюкзак, внимательно изучаю остаточное содержимое ячейки: бутылка с протухшей питьевой водой, эластичные бинты, ржавый насос, какая-то смятая бумажка, похожая на фискальный чек. Читаю – так и есть – оплаченные витамины, белковая смесь и непонятного бренда пшеничные отруби. Какая гадость, неужели я их когда-то ел!

– Спасибо, что не выбросили – я накидываю рюкзак на плечо и смотрю на Тренера, который молчит и чего-то ждет.

– А-а-а, 96-ая, – словно ученик, на которого упало яблоко просветления, рапортует Горыч и отпирает шкафчик под номером 96.

Я преодолеваю волнение. Так долго я ждал этого момента, что хочется оттянуть момент истины ещё чуть-чуть.

Подхожу, заглядываю вовнутрь.

Спортивный журнал о здоровом питании, мятая пачка сигарет, леденцы от кашля, скомканный пакет, пара рваных скальных туфель, потная майка Phoenix Suns на вешалке. И всё.

Я заглядываю в пакет – пусто, вот облом! Неужели всё мимо.

Беру журнал, перелистываю веером.

На полях разворота третей обложки кривым почерком кто-то небрежно написал: «Элина, 19:00».

Кладу журнал на своё место, закрываю дверцу.

– Есть у вас старые фотографии с соревнований?

– Конечно, целый альбом, – Тренер торопливо запирает, словно сейф, ячейку номер 96 и кивком приглашает куда-то в подсобку.

Мы заходим в убогое подобие кухни, на старом столе неубранные крошки, в углу стоит наполовину опустошенный кулер.

Андрей Горыч достает с антресоли коробку. Смахивает грязь, смотрит на покоцанный угол, чертыхается:

– Вот только обрабатывали, опять жрут.

Не уточняя, о какой именно жрущей твари идет речь, я наблюдаю, как из коробки появляется самая настоящая, декорированная вручную, большущая фотокнига. Я ещё сам не знаю, что должен там увидеть, но чувствую, что это правильный шаг.

Тренер церемониально, почти не дыша, протягивает её мне двумя руками, словно чудодейственные святые мощи:

– Здесь всё самое интересное из мира спорта за последние 50 лет, – улыбается, и с прищуром добавляет, – шучу, лет за пять от силы.

– Благодарю вас, Андрей Горыч.

– Не за что, молодой человек. Вы пока смотрите, а я пойду дальше поработаю. Приходите к нам на занятия, мы обязательно всё вспомним!

Вспомнить всё! Очень хотелось бы…

Я сажусь за стол, наливаю в полистирольный одноразовый стаканчик воды.

Открываю альбом.

Групповые фото с соревнований, довольные рукопожатия, медали крупным планом, лесная пьянка у озера, Тренер с какой-то девчонкой на руках, горные снимки в экипировке.

Стоп!

Я помню этот чемпионат – 1 этап Кубка России среди любителей.

Я ещё сам покупал на всех шестигранные гексы и шлямбуры, не дождавшись бюджетных денег.

Я рассматриваю большой коллективный снимок, снятый криво и не в фокусе.

Сердце замирает – в одном из позеров узнаю себя, рядом в обнимку со мной стоит какой-то парень.

И важен даже не тот факт, что среди остальных ребят я не помню его совершенно. А то, что положивший мне руку на плечи человек – один в один он похож на фоторобот Преступника на моей поисковой домашней стене.

Я его нашел.

К счастью, на парковке, сдвинутая с места клумба не привела к фатальным последствиям для моего отполированного черного как сажа, оставленного без присмотра «немца».

Помидор и яиц на лобовом стекле нет, лакокрасочное покрытие вроде цело, число атмосфер в колесах не убавилось.

Я устраиваюсь на переднее сидение, слегка отодвигаю его назад, чтобы внимательно изучить содержимое своего рюкзака.

Внутри аккуратно сложена десятиметровая страховочная веревка, несколько блестящих карабинов, стопперы, острый скальный молоток, пробойник, крюки, анкера и согнутая пополам карта с пометками. Докупить к этому джентльменскому набору пару куриных бургеров с колой, и не страшно рискнуть усами, и броситься покорять Эльбрус или Мак-Кинли.