— Если за воротами сразу не сожрут, — уточнил я и внимательно посмотрел на девушку. — Сколько тебе всё-таки лет? Рассуждения твои с обликом тинэйджера никак не согласуются.

— Ну так, ты тоже без живота, — рассмеялась Гуля. — Много мне уже. Достаточно много. Внешность обманчива. На земле встретишь, не узнаешь.

— Оставишь телефончик? Позвоню в Питер, пообщаемся. У меня в мобиле безлимитка, можем долго разговаривать.

— Да мы с тобой и здесь наобщаемся, я тебе гарантирую. А в реальный мир ещё попасть надо…

— Точно… — шкала настроения опять упала на ноль. Вспомнилось, при каких обстоятельствах я здесь очутился.

— А как ты с Алексом познакомился? — вдруг, как бы невзначай, поинтересовалась девушка.

— Очень просто. Он липкую бумажку подвесил, а я на неё уселся. До сих пор отклеиться не могу.

— Понятно, — произнесла так, как будто всё было действительно просто и понятно. — Один прилип или с тобой ещё кто-нибудь был?

— Другие до меня прилипли. Сака ты знаешь, Измайлов ещё был Игорь, Мережко в Москве сейчас всё сильнее и сильнее в клее утопает, Данович Эдуард уже утонул…

— Мережко здесь бывал, — неожиданно перебила меня Гуля. — Владом его зовут, так?

Остановился и вытер рукавом внезапно выступивший холодный пот.

— Да, Владиславом. Мережко бывал в Приюте?

— Я помню такого. Давно, правда, но точно он здесь находился какое-то время. С Алексом, кстати, постоянно тусовался. Потом исчез и больше уже не появлялся. Может это другой Мережко, не твой знакомый?

Я не ответил. Просто под ручку с девушкой продолжил движение по странному городу. До самой центральной площади шёл молча, пережёвывая информацию. И лишь за пятьдесят метров до места назначения догадался поинтересоваться.

— А кто сегодня выступает?

— Не знаю. Я думала ты.

— Я?!..

На главной площади города всё было готово к проведению мероприятия. Столы расставлены, стулья придвинуты, народ рассажен. Сцена располагалась как раз между крылатыми конями. Я с неё сегодня днём уже «вещал». Только, на этот раз, там ещё и микрофоны присутствовали. Сэйшен, однако, намечается.

Публика вела себя вполне демократично. Одни ритмично гоняли воздух взмахами вееров, другие восседали, закинув ноги на стол. Самовыражение каждого горожанина зависело от воспитания и привычек полученных в родной среде обитания. На нас поглядывали с любопытством, видимо пара смотрелась. А если бы ещё Гуля брюки, взамен прежнего платьица не натянула…

Александр был одет в строгий тёмный костюм. Солидно выглядел наш друг. Мажорно. Едва завидев, сразу принялся размахивать руками, приглашая подойти к нему поближе.

— Хороший прикид, — как только что оценивал костюм Александра я сам, срисовал мой наряд мужчина. — Ты, Гуленька, подобрала одежду для нашего героя, или он сам подсуетился?

— Алекс, — охотно призналась девушка, — я просто не захотела доставлять удовольствие нашим местным эстетам. Они бы после сегодняшнего вечера всю ближайшую неделю обсасывали количество шнурков на замечательных белых валенках.

— На валенках шнуровки не бывает, — лениво парировал я. — Если только у вас в Питере?

— Хамит, — подытожил наш друг. — Значит, отдохнул и стал самим собой. Спасибо, Гуля, ты сделала большое дело.

— Не в первый раз, Мистер. Привыкла уже, — и не понятно было, с иронией она произнесла слово «Мистер» или серьёзно?

— Видишь, сколько народу собралось? — приобнял меня за плечо Александр. — Все хотят понять, что же представляет собой тот самый Андрей Школин.

— «Тот самый» — это тот, на кого ставки, точно на беговую лошадь делают? — не удержался, чтобы не съязвить.

— И ставки тоже. Только ведь не деньги ставили, да и переживали за тебя в большинстве своём, и желали только хорошего. Идите, садитесь с Гулей в первый ряд, я маякну, когда тебе выходить.

— Куда выходить?.. — успел бросить вдогонку, но мужчина уже стремительно удалился в сторону здания и сцены.

В первом ряду действительно пустовали два свободных места. Причём зрители активно подсказывали, куда нам усесться. Участвовали, так сказать, в процессе…

Сумерки, меж тем, укрывали дырявым платком заполненную людьми-муравьями площадь. Сквозь заплатки ещё кое-где ухитрялись протиснуться упрямые рыжие лучи местного солнца, но солнце всегда повинуется небесному расписанию движения светил. Вскоре стало совсем грустно. И в момент, когда подумалось, что темнота неизбежна, со всех сторон неожиданно вспыхнули десятки разноцветных прожекторов. Жёлтые, красные, зелёный лучи, точно кенгуру, распрыгались по заполненному народом пространству виртуально-реальной поляны, и сразу же противно зафонил микрофон.