– Удачи, капитан Мьяу, – попрощался Завала и с его кома исчезло изображение солларианского офицера.

– Абхиджат, полагаю, мы должны вернуться к этой заднице, – сказал он лейтенанту Уилсону.

* * *

Новый приступ ярости клокотал где-то глубоко внутри Дэмьена Дуэньяса, пока он смотрел на заставку своего комм-пульта. Как посмел этот Завала просто поставить его на удержание в середине разговора?

Он сидел в своём удобном кресле с кулаками сжатыми на пресс-папье перед собой и распалял свой гнев. Это добавляло ему решимости и помогало сдерживать страх. В чём, как бы он не хотел это признавать, он очень нуждался. Чтобы обернуть ситуацию во что-то более привлекательное (после того как осядет пыль) нежели полная катастрофа, ему следовало быть сильным и проявить решительность. Шестеренки в его голове уже прокручивали различные варианты, которые можно было бы использовать для того, чтобы преподнести произошедшее как результат отказа Тайликайнен поддержать его действия и абсолютно неточной оценки военной ситуации вице-адмиралом Дубровской, а также её непрофессиональных и чрезмерно агрессивных советов данных ему в качестве старшего офицера и эксперта. Плохо было только то, что у него всё ещё не было ничего, что опытный оператор мог бы вытянуть из действий Завалы, чтобы со всей очевидностью доказать, что он был изначально прав в необходимости продемонстрировать жульническое поведение манти. Таким образом…

В углу его экрана замерцал символ, и он нахмурился, так как это была иконка персонального вызова Коду. Он раздражённо буркнул – вызов сбил его с мысли, но Коду был с ним достаточно долго, чтобы знать как он отреагирует, если его побеспокоить в такой момент без наличия серьёзных оснований, и он резко нажал на кнопку ответа.

– Что? – Резко бросил он в экран даже не пытаясь скрыть свой гнев от того, что его прервали.

– Губернатор, – сказал его помощник, – я только что получил сообщение, что экипаж капитана Мьяу оставил свой корабль.

– Что?!
– Рявкнул Дуэньяс уже совсем другим тоном.

– Пришёл отчёт Службы Контроля системного трафика, – усилия Коду сохранять спокойный тон были видны невооружённым взглядом. – Они перекрывают движение, чтобы спасательные капсулы могли приземлиться на космодроме Кернюша.

– Вот сука! – Потерял самообладание Дуэньяс, будучи повторно предан флотом. У Мьяу не было права – никакого! – эвакуировать экипаж! Он представлял власть Солнечной Лиги в Сэлташе, а не она! Но что ещё он должен был ожидать? Дубровская была дурой, пообещавшей ему лёгкую победу над манти, так почему бы Мьяу не оказаться трусихой, слишком напуганной, чтобы хотя бы встретиться с ними?

Он вновь прикрыл глаза и заставил себя сделать глубокий вдох. Просидел так несколько секунд, снова открыл глаза и заставил себя расслабить кулаки, где ногти уже были готовы продавить плоть до крови.

«А ведь это можно обернуть в свою пользу», – подумал он, когда сумел обуздать приступ ярости. – «Я не приказывал покинуть корабль. Она приняла это решение даже не проконсультировавшись с ним и тем более без какого-либо приказа поступить так с его стороны! Это был очевидный пример трусости перед лицом врага, что было невозможно вменить ему в вину, так как она даже не консультировалась с ним и… это ещё раз подчёркивало, насколько плохо прикомандированные к Сэлташу флотские подразделения поддержки действовали с самого начала. Разве катастрофа могла быть его ошибкой, если Флот сначала ввёл в заблуждение, потом давал плохие советы, а затем и предал его?»

Его мозг обдумывал лучшие способы свалить вину на Флот так, чтобы это не выглядело попыткой оправдать свои собственные действия. К счастью, он и Дубровская обсуждали первоначальный план конфиденциально, лицом к лицу, здесь в его офисе. Ему нужно пересмотреть записи их предыдущих бесед на коме, чтобы выявить нестыковки с его версией, а что-что, а опыт обработки записей должным образом у него достаточен для…

Заставка на его дисплее – и изображение Коды – исчезли, сменившись рожей Завалы.

– Я прошу прощения за задержку, губернатор, – сказал мантикорец без какого-либо намёка на раскаяние, – но я должен был принять другой вызов. Это связано со спасением людей, за жизни которых я опасался.

– Должен ли я предположить, что вы имеете в виду трусливое решение капитана Мьяу уступить вашим угрозам?

– Нет. Вы должны считать, что я имею в виду здравомыслие и мужество капитана Мьяу отказавшейся угробить свой экипаж из-за вашего упрямства и глупого высокомерия.

Дуэньяс почувствовал, что на его лице снова наливается кровью, а челюсти сжимаются.

«Он пытается заставить тебя выйти из себя», – напомнил он себе. – «Пытается напугать, превратить в неконтролирующего себя психа».

– Личные оскорбления в адрес официального представителя другой звёздной нации похоже являются типичным подходом «Звездной Империи Мантикоры» к межгалактическим отношениям, капитан, – холодно произнёс он. – Я уверен, что правительство Солнечной Лиги даст надлежащую оценку вашей странной версии дипломатии. Нет сомнения, что граждане Солнечной Лиги также будут весьма впечатлены, когда запись этого разговора будет опубликована. Сожалею, но Ваши оскорбления, хотя и в меньшей степени чем Ваши убийственные действия, вынуждают меня отклонить Ваши возмутительные и абсолютно незаконные требования.

Завала склонил голову набок, его глаза сузились встретившись с глазами Дуэньяса в комме, и губернатор ответил ему жёстким, пристальным взглядом. Их противостояние длилось несколько секунд, а затем Завала покачал головой.

– Губернатор, я в не в состоянии понять, почему Вы решили превратить бедствие в полный разгром. Вы уже получили тысячи убитых космонавтов ФСЛ. Теперь вы рассчитываете, получить ещё больше убитых из-за действий, которые, как вы прекрасно знаете, были незаконными с самого начала? Вы не задумывались о помощи психоаналитика?