*

Саня периодически возвращался мыслями к Майе. Вопросами «как она живет?» и «чем занимается?» он не озадачивался. Что толку себя мучить и культивировать в себе чувство вины? Зачем? Деньги он ей регулярно на карту отправляет, так что материальных проблем его бывшая супруга испытывать не должна. А ее душевное состояние, даже если и волновало Саню, то не настолько, чтобы звонить ей и интересоваться… Хотя вспоминал он ее часто. Думал о прошлом, об их утраченной семье, о том, почему именно так все произошло. И вечные вопросы трепетали в его душе: почему кончается любовь, куда она уходит, чем заполняется пустота в сердце после того, как его покидает чувство?

Вопросы эти возникали у него неспроста. Уже и в новой своей семье он отмечал некую успокоенность, охлаждение чувств и абсолютно точно – отсутствие страсти и острого желания. Да, это, конечно, все можно было объяснить беременностью супруги, что он, собственно говоря, и делал. Но себя обмануть не получалось. Поэтому он периодически обращался к прошлому, чтобы понять: а вдруг и здесь, и в этой новой ситуации, все кончится так же… И тогда зачем все это? Тогда какой смысл во всех этих разводах, повторных браках, свадьбах? Тогда все бессмысленно. И себе, выходит дело, счастья не прибавил, и Майку заставил страдать…

Спросил как-то у Виталия:

– Как там Майя? Видишь ее?

– Да! – честно ответил друг. – И в гости захожу, и в кино иной раз выбираемся с ней. А тут недавно Лиля ей моя звонила, приглашала на лето к нам…

– И что она? Согласилась?

– Летом, говорит, вряд ли, потому что на работу решила устроиться. А на майские вполне возможно. Так что скоро у себя в гостях будем ее принимать!

– На работу? – удивился Саня. – А чего это она вдруг работать решила? Денег ей, что ли, мало?!

– Не думаю, что дело в деньгах. Ей же надо себя чем-то занять. Не может же человек все время пребывать в одиночестве и при этом ничего не делать.

Саня молчал. Неожиданная новость отразилась в нем массой эмоций.

– Мне кажется, – продолжал Виталий, – что ей очень одиноко. Получается, что, расставшись с тобой, она лишилась практически всего. Я имею в виду друзей, круг общения… Даже дети почему-то не рядом.

– Ну ты же знаешь: Виктор учится за границей, Светлана ушла из дома, живет с мужчиной… Тоже непонятно: семья – не семья. Теперь, говорят, так модно – пробный брак или гражданский брак. Я ее тоже практически не вижу.

– Да… Но ты-то в новой семье, рядом с тобой женщина, вы ждете ребенка. Плюс работа, общение, разнообразные связи… Все хорошо. Возможно, старшие дети сейчас не так уж необходимы тебе. А ей… Майе… грустно. Да что там грустно? Одиноко, тоскливо, серо. Одна Марина рядом.

– Соседка, что ли?

– Ну да! Поэтому работа для Майи – спасение во всех смыслах.

– Черт! Виталик! Вечно ты мне душу бередишь!

– То есть?

– Как начнешь про Майю рассказывать, так я себя виноватым начинаю чувствовать. Не солидным зрелым мужчиной, а мешком с дерьмом!

– Ну уж так-то ты напрасно!

– Получается, что я как в той известной поговорке: на чужом несчастье…

– Все бывает в жизни, – уклончиво ответил Виталий. – Раз уж так сложилось… Просто мне кажется, в твоих силах что-то изменить…

– Что я могу изменить? Что? – занервничал Саня.

– Ну хотя бы с детьми поговорить. Виктор же может почаще звонить матери! Светлана пусть возьмет за правило раз в неделю заехать или к себе пригласить. Это же вполне реально!

– Пожалуй… Я как-то выпустил этот момент из виду.

– Да и ты сам… По-моему, ничего не случится страшного, если и ты хоть изредка позвонишь. Все-таки вы такую жизнь прожили! Мне кажется, вы были очень близкими друзьями. Уж не знаю, какие между вами супружеские отношения существовали – это ваше интимное дело, но то, что вы производили впечатление искренних друзей, единомышленников, это правда.

И опять, уже в который раз, разговор с другом взбудоражил Саню. И чувство досады, которое принято называть совестью, начинало потихоньку внедряться в его устоявшуюся благополучную жизнь и разъедало, и саднило, и зудело…

«Виталик! Да пошел ты со своей моралью!» – хотелось заорать ему в полный голос. Но он только бормотал что-то сквозь зубы, понимая, что, как ни крути, а прав его друг, прав!

*

Майя была приятно поражена наступающими переменами. Все начинало складываться в ее жизни. Как будто кончилась черная полоса. Длинная, жуткая, казавшаяся беспросветной и нескончаемой… На ее место спокойно, но прочно и стабильно претендовали светлые силы. Сначала было принято решение о работе, и оно успешно начало реализовываться: ее ждут с середины мая. Пока оформителем витрин и консультантом в большом магазине подарков, а затем, возможно, и администратором. Жизнь покажет. Потом – приятное удивление от внимания детей. Будто бы до этого они спали, а потом вдруг проснулись, причем одновременно. Сын звонит ежедневно. И пусть коротко, но зато она теперь в курсе его дел, слышит родной голос…