Выбираясь с чердака на ощупь, Люк чуть не свалился с лестницы. Он бросился в комнату Локи и Суртр, и посмотрел из окна на лес. Солнце, словно, сжалось от страха и спряталось за низкие серые тучи.

Снова этот бычий кашель. Он не видел ее, но знал, что она уже гораздо ближе. Где-то рядом. Он буквально чувствовал, как черные бока «Матери»содрогаются от яростного лая. Она обезумела от злости. Ослепла от переполняющего ее чувства мести.

Грузовик. Грузовик. Гребаный грузовик.

С ножом в одной руке, и с ружьем в другой, голый и покрытый сажей, он проворно сбежал по лестнице и ввалился в кухню. Выглянул в окно.

Крошечное тельце старухи исчезло из травы.

У него мелькнула мысль вставить дуло ружья себе в рот, а потом большим пальцем ноги нажать на спусковой крючок.

Он чувствовал это древнее, черное присутствие, незримое, но всеобъемлющее. Чувствовал, как оно выросло и накрыло весь дом. Сжало его мысли, превратив их в алмазы страха, бессмысленного, чистого и абсолютного. Он широко разинул рот, по грязным ногам заструилась моча. Одна рука затряслась так сильно, что ему пришлось сжать ее другой. Из него вырвался какой-то странный стон. Он даже не узнал свой голос.

Грузовик.

Люк прижался к столу, учащенно дыша и содрогаясь всем телом.

У него столько вещей, что не хватит рук. Ружье, нож, ключи.

Ключи он сунул себе в зубы, закусив с ними все звуки, которые рвались наружу. От металлического привкуса рот наполнился слюной.

Уперев ружье прикладом в плечо и зажав нож в поддерживающей ствол руке, он вернулся в серебристое утро старого мира.

Оно двигалось быстро, и Люк знал это. В последний раз он слышал его крик с другой стороны здания. Кажется, спереди. Поэтому он попытался убедить себя, что ускользнет через кухонную дверь в задней части здания. Доберется до грузовика, и уедет, пока оно будет визжать и метаться с другой стороны.

Но не успел он сделать и пяти шагов от задней двери, когда услышал его снова. Впереди, справа от сада, где начинался океан леса. Как будто оно тоже спешило к грузовику, предугадав его намерения. Похоже, оно преодолело пятьдесят ярдов за считанные мгновения.

Опустившись на одно колено, Люк поводил прицелом вдоль лесной границы, ожидая появления длинной черной, прижимающейся к земле фигуры.

Но там ничего не было. Темные деревья неподвижно стояли под дождем. Интересно, скрывает ли погода его запах? Люк понял всю бесполезность вопроса, потому что оно всегда знало местоположение своих жертв. И он знал, что оно сейчас наблюдает за ним.

Осторожно ступая, не в силах подавить громкий хрип, вырывающийся из горла, как у старого усталого пса, он двинулся к грузовику. Белый силуэт машины он видел лишь краем глаза, потому что ни на секунду не отводил взгляда от деревьев.

Сад с редкими фруктовыми деревьями и грунтовая дорожка хорошо просматривались, но Люк многое бы отдал, чтобы грузовик стоял подальше от леса.

Он решил забраться в кабину через водительскую дверь, до последнего момента держа лес под прицелом. У него будет только один выстрел, если оно решит броситься на него из-за деревьев, пока он будет садиться в машину. Двадцать футов за один скачок.

Водительская дверь открыта. Не смея даже моргать, он опустился на широкое сиденье перед рулевым колесом. Закрыл свою дверь, опустил пассажирское окно и выставил в него ружье. Так он сможет стрелять на ходу.

Положив нож на пластмассовую приборную панель, он достал изо рта ключи и попытался вставить ключ зажигания в гнездо на рулевой колонке. Руки ходили ходуном. Та, которой он зажимал бедро, почернела от крови. От ее вида его снова затошнило. С третьей попытки он попал ключом в гнездо.

Повернул его. Раздался щелчок. Индикаторы масла и температуры вспыхнули зеленым светом. Янтарные огоньки зажглись вокруг спидометра и бензиномера. Грязной босой ногой он нажал сцепление. Педаль не поддавалась. Снова повернул ключ зажигания.

Кабина завибрировала. Грузовик тут же завелся, что уже странно. Но бензина в баке быть не должно. Что-то не так с двигателем. Люк знал, что ему никогда не везло. Это уже в порядке вещей.

Он отогнал от себя навязчивый поток мыслей.

Тут двигатель заглох. Намертво. Люк повернул ключ снова. Двигатель ожил. Опять заглох. Люк проверил уровень топлива. Примерно одна десятая бака. Они слили его для своих дурацких костров. Как далеко он сможет уехать с таким количеством бензина? Достаточно далеко.

Он повернул ключ в третий раз, боясь залить двигатель. Тот, взревев, ожил. Люк нажал на газ. Из двигателя раздавался какой-то нехороший кашель. Грузовик был старый, долго стоял под дождем. Сколько времени ему нужно для прогрева? Есть ли у него время на это?

Он оглянулся в сторону леса, проклиная себя, за то что отвлекся. Умереть здесь можно было в любой момент. Фил узнал это на собственной шкуре.

Никакого движения.

Через грязное лобовое стекло ничего не видно. На колонке индикации он нашел переключатель «дворников». Включил их, противотуманные фары и «аварийку». — Черт. Нет, оставлю их включенными.