– Дед! Я дома! – едва войдя в квартиру, прокричала Амалия.

– Ой, ты что, не одна живешь? – тут же попятилась назад Катя.

Когда Амалия сказала, что ей придется некоторое время пожить у нее, Катя почему-то решила, что Змеюкина живет одна. И вот, кажется, ошиблась.

– Я с дедом живу, он славный, – объяснила, оборачиваясь, Амалия. – Ты раздевайся, чувствуй себя как дома.

Из кухни на громкий призывный крик вышел маленький, худенький дедок. С жиденьким хохолком седых волос на макушке, в красном цветастом фартуке поверх клетчатой фланелевой рубашки и вязаной жилетки и в обрезанных валенках.

– Амаличка! – обрадовался дедушка. – Как ты сегодня рано. Хорошо, я ежиков заранее натушил, хотел до Малахова успеть. А у нас гости? – снова обрадовался он, увидев топчущуюся возле двери Катю.

– Да, познакомься, дедуль, это Катя Плотникова, моя бывшая одноклассница. Она у нас поживет недельку, – обувая тапочки, объяснила Амалия, а потом обратилась к гостье: – Ну, чего ты там застряла? Проходи, раздевайся, знакомься. Это мой дедушка, Иван Григорьевич.

– Можно просто дед Ваня, – любезно предложил дедуля. – Да вы раздевайтесь, не стесняйтесь. Сейчас ужинать будем, – подбодрил он Катю, подсовывая ей гостевые тапочки. – Идите, девочки, переодевайтесь, мойте руки и за стол. А я накрывать пошел.

Амалия нашла для Кати старый мамин халат, потому как халаты самой Амалии на Катю даже после похудения никак не налезали.

Когда руки были вымыты, а ежики разложены по тарелкам и политы соусом, все уселись за стол, дедушка снял фартук и даже поменял вязаную вытянутую жилетку на новый белоснежный, в коричневую клеточку пушистый жилет из ламы.

– Амаличка подарила, – гордо поделился дедушка, любовно поглаживая мягкую мохнатую поверхность жилета. – Мне уже за восемьдесят, вот и мерзну все время, и валенки потому ношу, – рассказывал он, наливая всем чая, раскладывая хлеб, салфетки. – Что на работе новенького? – обратился он к Амалии, когда ежики подходили к концу.

– Катьку убить хотят, – прямо в лоб рубанула дорогая внучка.

Катя вся съежилась, ожидая, что дедушка начнет причитать, требовать, чтобы такими делами занималась полиция, и в конце концов отошлет Катю домой. Прямо сейчас, среди ночи. Точнее, среди вечера. Но дедушка, лишь всплеснув руками, с живым интересом воззрился на уникальную гостью.

– Убить? И кто же, муж или любовник?

– И не муж и не любовник, – опровергла его предположения адвокат Змеюкина. – Это, дед, заказное убийство. На нее уже дважды покушались.

– Да вы что! А кем вы, Катюша, работаете?

– Бухгалтером она работает, – ответила за Катю Змеюкина.

– Ух ты. Деньги, наверное, отмывали, – выдвинул следующую версию дедуля.

Видимо, в семье Змеюкиных все питали живой, не сказать горячий, интерес ко всякого рода криминалу и правонарушениям.

– Я вот сегодня в одной передаче смотрел, как один наш банк деньги липовых компаний в офшоры переводил, – начал делиться дедуля, но был прерван Амалией.

– Не, дед, отмытые деньги и офшоры здесь ни при чем. Катю хотели отравить контрафактными лекарствами. На ней ставили незаконные эксперименты.

– Да ну? А выглядит вроде бы хорошо. – Дедуля надел висевшие на груди очки на веревочке с толстенными стеклами и посмотрел на Катю внимательно, как на вещдок.

– Она хорошо, а двое из подопытных уже коньки откинули. А за ней преступники охотятся. Киллера наняли.

На Катин взгляд, Амалии не следовало бросаться такими словами, тем более в присутствии восьмидесятилетнего дедушки. Но тот, вопреки Катиным волнениям, только больше оживился.

– А знаешь, я вчера в одном сериале видел, про полицию, как они целый международный заговор раскрыли по производству психотропных средств. Они из простых людей кровожадных убийц делали. Те ничего не соображали, боли не чувствовали, а потом вспомнить ничего не могли. Во как! – довольно крякнул дедушка.

– Ну, дед, ты сравнил! То кино, а то жизнь! Завтра мы с Катериной начинаем свое расследование. В полиции без доказательств нас и слушать не будут.

– И с чего вы начать решили? – участливо спросил дедуля, быстренько убирая со стола тарелки и садясь обратно за стол – сложил руки, как примерный ученик, демонстрируя полную готовность слушать.

Катя смотрела на Змеюкиных и чувствовала, как в ней поднимается волна паники. Эти люди, похоже, не понимают, во что собираются ввязаться. Уж дедушка во всяком случае. У него реальность жизни настолько крепко переплелась с реальностью телевизионной, что он бестрепетно готов отправить родную внучку охотиться за наемными убийцами. Полный улет! Может, все же лучше к маме податься?

– Фактов у нас мало. Зацепок еще меньше, – на полном серьезе начала Амалия. – Зацепок у нас всего две.

Катя была удивлена, на ее взгляд, зацепка была одна. Адрес электронной почты. И то неизвестно, что с этой зацепкой делать.

– Во-первых, адрес электронной почты, – подтвердила Амалия ее мысли, – а во-вторых, пансионат, в котором фирма проводила исследования. Какие-то следы должны были остаться. Платежки, название банка, через который проводилась оплата номеров. Банковские реквизиты. Фамилия бухгалтера. Хоть что-то.