Талос был отлично знаком с этими цифрами.

– Очень хороший уровень выживаемости.

– Я знаю. – Вариила, кажется, почти задело это замечание. – Я искусен в том, что делаю.

– Вот почему я хочу, чтобы ты продолжил это делать.

Вариил вошел в одну из клеток, где мальчик неподвижно лежал ничком на полу. Живодер перевернул его носком бронированного ботинка. Снизу вверх на него уставились мертвые глаза.

– Двести тринадцать, – сказал апотекарий и жестом приказал сервитору убрать тело. – Сожги это, – приказал он.

– Слушаюсь.

Талос не обратил внимания на сервитора, занявшегося своими погребальными обязанностями.

– Брат, послушай меня на секунду.

– Я слушаю, – ответил Вариил, не прекращая вводить новые данные в нартециум, уточняя детали.

– Ты не можешь остаться с нами на Тсагуальсе.

Это заставило апотекария остановиться. Глаза Вариила – льдисто-голубые в отличие от черных Талоса – поднялись и окинули пророка медленным и бесстрастным взглядом.

– Очень смешная шутка, – сказал Живодер без капли юмора.

– Без шуток, Вариил. В твоих руках ключ к будущему легиона. Я отсылаю тебя до начала битвы. Корабль Делтриана способен на варп-перелеты. Ты отправишься с ним, как и твое оборудование, и твоя работа.

– Нет.

– Это не обсуждается, брат.

– Нет.

Вариил сорвал с наплечника кусок содранной кожи, обнажив скрывавшийся под ним крылатый череп.

Символ Восьмого легиона воззрился на Талоса пустыми глазницами.

– Я ношу крылатый череп Нострамо, как и ты. Я буду драться и умру рядом с тобой на этом никчемном мирке.

– Ты ничего мне не должен, Вариил. Уже нет.

В кои-то веки Вариил выглядел ошеломленным.

– Должен тебе? Должен тебе?Так вот как ты воспринимаешь наше братство? Как набор услуг, за которые надо расплачиваться? Я ничего тебе не должен.Я останусь с тобой, потому что мы оба из Восьмого легиона. Мы братья, Талос. Братья до смерти.

– Не в этот раз…

– Ты не можешь…

– Я могу делать все, что захочу Капитан Малкарион согласен со мной. На корабле Делтриана хватит места самое большее для десяти воинов, и то лучше оставить его для реликвий, которые надо вернуть легиону. Но тебя и твою работу необходимо сохранить в первую очередь.

Вариил перевел дыхание.

– Ты когда-нибудь замечал, как часто перебиваешь собеседников? Это раздражает почти так же сильно, как привычка Узаса облизывать зубы.

– Я учту это, – ответил Талос. – И буду работать над этим ужасным недостатком все долгие годы, что мне остались. А теперь ответь – когда ты будешь готов? Если я дам тебе двенадцать часов и столько сервиторов, сколько нужно, ты можешь гарантировать мне, что погрузишь все свое оборудование на борт корабля Делтриана?

Вариил обнажил зубы в нехарактерной для него злобной улыбке.

– Будет сделано.

– Не видел тебя сердитым со времен Фригии.

– На Фригии были исключительные обстоятельства. Как и сейчас. – Вариил помассировал закрытые глаза кончиками пальцев. – Ты многого от меня требуешь.

– Разве когда-то было иначе? И мне нужно от тебя еще кое-что, Вариил.

Апотекарий, почувствовав что-то необычное в интонации порока, снова встретился с ним взглядом.

– Проси.

– После того как ты будешь в безопасности, я прошу тебя найти Малека из Чернецов.

Вариил поднял тонкую бровь.

– Я никогда не вернусь в Мальстрим, Талос. Гурон оторвет мне голову.

– Я не думаю, что Малек остался там, и не верю, что Чернецы добровольно заключили союз с Кровавым Корсаром. Если они высадились на судно Корсаров, у этого должна быть другая причина. Не знаю какая, но, несмотря на случившееся, я ему доверяю. Найди его, если сможешь, и передай, что его план сработал. Малкарион пробудился. Военный теоретик вновь возглавил Десятую в ее последние ночи.

– Это все?

– Нет. Передай ему мою благодарность.

– Я сделаю все это, если ты просишь. Но корабль Делтриана не улетит далеко без дозаправки. Он слишком мал для дальних полетов, мы оба это знаем.

– Ему и не надо лететь далеко, по крайней мере сначала. Ему просто надо убраться отсюда.

Вариил недовольно проворчал:

– Эльдары могут пуститься за нами в погоню.

– Да. Могут. Еще жалобы будут? Ты теряешь время, а его у тебя и так мало.