— Войны не будет, — согласилась Анюта. — А катаклизмы и терроризм будут всегда. Может действительно все из-за этого? Но тогда почему только сейчас раздали пропуска, раньше же это тоже происходило? Нет, я думаю, наше правительство готовится к чему-то по-настоящему страшному, и оно не просто готовится, а твердо убеждено, что это произойдет, иначе зачем им такая секретность? Весь вопрос в том, чего они ждут?

— Если судить по новостям, то ничего страшного не происходит, — произнес Дик. — Единственное неприятное известие так это то, что нас загрузили работой по полной программе, каждый день разгружаем кучу контейнеровозов, но их содержимое не относится к чему-то опасному…

— А что в контейнерах?

— Продовольствие, — ответил Бут. — Его везут со всего мира, нам сказали, что будет неурожай, поэтому правительство на всякий случай создает резерв…

— Не замечаешь в этом ничего странного? — Аня посмотрела на него печальными глазами. — Пропуска, закупка продовольствия — это же звенья одной цепи! И какое продовольствие привозят?

— Разное, больше всего то, что может хранится долго, — произнес Дик. — Это нормально…

— Нет, нормально было, если бы закупали зерно, рис, мясо для переработки! — воскликнула Аня. — Это более выгодно…

— Рис и зерно тоже приходит, — сказал Бут. — Только меньше, чем обычно.

— Объявили красный код, хоть давно этого не было, — задумчиво проговорила Анюта. — Начали в срочном порядке закупать продовольствие, причем предназначенное для длительного хранения, раздали пропуска для входа в бункера, Боюсь, впереди нас действительно ждет что-то страшное …

— Очень даже может быть, — Дик обнял ее. — Только не знаю, что мне делать с этим знанием. Денег у меня нет, бункер мне не никто не построит и не набьет продовольствием по самую крышу, пропуск в Кремль никто не даст. Я обычный рабочий парень, мне спасение недоступно. Кстати, могу добавить к твоим словам, что видел, как в метро устанавливают дополнительные ворота и системы вентиляции…

— Вот видишь! — воскликнула Анюта. — Они точно знают, что-то произойдет.

— Наверное, — согласился Бут. Он давно понял, что так много невероятных совпадений не бывает, и объяснение этому только одно — правительство действительно к чему-то готовится. К чему-то страшному. То ли к катаклизму, то ли к войне. Только что делать ему?

Он задумался над этим и тут же нашел ответ. Его руки скользнули под плед и легли на грудь Ани, он ее нежно поцеловал, и все снова закрутилось, завертелось в вихре страсти. Если жить осталось всего ничего, то что делать? Правильно, делай то, что можешь, по крайней мере, получи удовольствие перед смертью. Глупо думать о конце света, когда рядом лежит желанная женщина, а у тебя еще есть силы ее любить.

Он ушел от Анюты только на следующий день вечером. Они ели, занимались любовью, пили хорошее вино и снова любили друг друга. Аня совсем перестала печалиться, то ли согласившись с доводами Дика, то ли просто приняв то, что произойдет, тем более, что будущее было неясным, а значит, непонятно, стоит ли пугаться или следует подождать, пока темные тучи развеются? Может, действительно это обычная предосторожность на случай террористической атаки, тем более что новости только и показывают взрывы в разных местах? Возможно, все развеется, как сто лет назад? Кто-нибудь с кем-нибудь договорится, и мир снова станет прежним?

Придя домой, Бут залез на сайт выживальщиков, чтобы понять, что собираются делать люди, если на самом деле что-то произойдет. Его удивило, что таких людей много, в том числе и в мегаполисе. Эти ребята были готовы к тому, что мир, в котором они живут, в одночасье исчезнет. Выживальщики были готовы выжить при любых условиях, назло всем, в том числе и судьбе. И они не ждали от будущего ничего хорошего. Готовились прежде всего к землетрясениям, тут с ними Дик был согласен: планету трясло сильно и часто. Правда, России повезло, она находилась на огромной среднерусской плите, поэтому предложение о переезде подальше от стыков плит и разломов земной коры, можно было в расчет не принимать. А готовится к землетрясению там, где оно невозможно, по меньшей мере глупо.

Следующее, что предлагалось — не находиться ближе ста шестидесяти километров к побережью морей океанов. С этим в Москве тоже было нормально, а вот жители Питера должны быстро куда-то все переезжать, что впрочем тоже глупо. Смысл убегать, прятаться, когда еще ничего не произошло? А когда произойдет, убежать не успеешь.

К тому же выживальщики традиционно готовились к ядерной войне, для чего большинство закапывали пластиковые, герметичные коробки с продуктами, медикаментами и всем остальным, что могло пригодится, по окрестным лесам.