Сверкнула молния, на мгновение, освещая черты его лица. В этот момент он выглядел устрашающе.

А потом молния исчезла, и он улыбнулся в темноте.

— Понятия не имею.

C этими словами он захлопнул дверцу и повернулся к дому.

[1] Hier. Fuss. (с нем.) — «К ноге»

[2] Platz (с нем.) — место

[3] Нью Эйдж (англ. New Age, буквально «новая эра»), религии «нового века» — общее название совокупности различных мистических течений и движений, в основном оккультного, эзотерического и синкретического характера.

[4] Bravy (с нем.) — умница, молодец

Крису хотелось сидеть на крыльце и чувствовать дождь. Но Майкл, в конечном итоге, непременно выйдет и разрушит это ощущение, поэтому он вернулся к себе в спальню, где мог запереть дверь и сидеть у окна.

Приближался самый очаг бури, посылая сильные порывы ветра сквозь сетку на окне, чтобы перелистнуть страницы тетради, лежащей рядом. Ник использовал стул возле стола в качестве подставки для ног, лежа при этом на кровати. Габриэль проводил по костяшкам пальцев серебряной зажигалкой Зиппо, заставляя ее щелкать каждый раз, когда она меняла направление. Крис стоял, прислонившись к комоду, и смотрел в окно, наблюдая за вспыхнувшей вдалеке молнией.

Тогда он просто ждал.

— Значит, ей не нравится дождь, — сказал Габриэль.

Ник улыбнулся.

— Мне отчасти нравится эта ирония.

— Боже, ты такой зануда. — Габриэль бросил в него зажигалку. — Прекрати использовать длинные слова.

— Шесть букв — разве длинное слово?

Крис вздохнул.

— Никому не нравится дождь.

— Тебе нравится, — сказал Ник. Он бросил зажигалку обратно брату.

Габриэль поймал ее.

— Может, мы должны поспорить на деньги, сколько времени потребуется Крису, чтобы намочить ее.

Крис проигнорировал двусмысленность сказанного и уставился на кучу заданий по отработке пропущенных уроков, лежащую на столе.

— Может, мы могли бы как-то ускорить этот процесс?

Он чувствовал, как дождь снова скапливался на подоконнике. В аквариуме двухцветные лабео[1] кружились и преследовали друг друга, скользя сквозь воду, пока менее агрессивные не прятались среди коряг на дне.

Ник издал низкий свист.

— Оставь его в покое, пока рыбы не поубивали друг друга.

Крис бросил колючий взгляд на дверь.

— Почему бы вам обоим не оставить меня в покое?

Габриэль рассмеялся и не сделал ни единого движения, чтобы выйти.

— Похоже, что ты влюбился по уши в эту девчонку.

Будто это имело значение. Она предельно ясно выразилась, где его место.

— Тайлер не должен был доставать ее.

— Он отстанет, — сказал Ник. — Он поймет, что у нее нет ничего общего с нами.

— Я в этом не уверен.

Крис взглянул на рыбок. Они помогали ему справляться со своим характером — ему не нравилось сердить их. Но они, похоже, успокоились.

— Он угрожал ей. Он сказал, что сделка отменяется.

Ник опустил ноги с кровати, чтобы сесть прямо.

— Он так и сказал?

Крис кивнул.

— Ну, она сказала, что он так сказал.

Габриэль снова начал водить зажигалкой по костяшкам, теперь уже медленнее.

— Из-за прошлой ночи?

Крис посмотрел ему в глаза, потом пожал плечами.

Он до сих пор не жалел об этом.

— Сделка не может быть отменена, — сказал Николас. — Они не могут просто решить...

— Они могут сделать все, что хотят, — сказал Крис, его слова прозвучали горько.

Ник встал.

— Мы должны сказать Майклу. Он...

— Он ничего не сделает, — сказал Габриэль. — Не говори ему.

Его близнец посмотрел на него, как на чокнутого.

— Ты ненормальный? Мы должны...

— Нет. — Габриэль сел, все следы веселья исчезли с его лица. Снаружи пророкотал гром. — Вы видели его вчера. Ему наплевать на то, что они делают. Все, о чем он заботится — это позволить им идти своим путем.

— И что мы будем делать? — спросил Крис. Он думал о том, что бы он чувствовал, если бы вода в коже Тайлера замерзла. Это была хорошая буря. Мощная. Интересно, какой урон он мог бы нанести, если бы практиковался?

Это мысль немного пугала его. Но в то же время успокаивала.

— Тайлер говорит, что сделка расторгнута. — Габриэль подкинул зажигалку в воздух и поймал ее, а когда она провернулась, зажег ее. Пламя танцевало между его пальцев. — Он не собирается придерживаться ее, верно?