— Ну, рассказывай, — предложил Юра.

— Что?

— Все. Зачем тебя приписали к нам? Что же такого важного происходит, из-за чего понадобилось наши колымаги превращать в концертный зал?

— Да как тебе сказать… Это долгая песня.

— Ничего, мы потерпим, — хмыкнул Юра. — Ты рассказывай, не стесняйся.

— Ну хорошо, раз ты настаиваешь…

— Вот именно.

— Короче, пару лет назад объявился в Воронеже некий парнишка — компьютерный гений. На самом-то деле был он дерьмовым хакером, а не гением, но башковитым, это точно. Короче, пополз слушок, что парень этот приезжал в пару фирм и предлагал им свою разработку: программу, позволяющую посредством компьютера влиять на сознание человека. Получил он везде отлуп и убрался к себе, в Воронеж.

— И никто не вцепился в эту штуку? — не поверил Женя. — Чушь собачья.

— Ты знаешь, какая она была поначалу? — хмыкнул Вася. — Диски в двух чемоданах не умещались. Составление самой простенькой фабулы занимало трое суток. Изъяло наше ведомство образцы, так ребята в лаборатории полдня ржали. Ни фига на дисках нет. Ни фабулы, ни намеков на нее. Для проформы запустили один, посмотрели, послушали — какая-то ерунда вроде музыкалки записана, — потыкались, а через пару часов как давай скакать. Сядут, лягут, встанут. Сядут, лягут, встанут. Всей лабораторией, представляешь? Двадцать парней и три девки. Абсолютно синхронно! Жуткое, доложу я вам, зрелище. Полтора часа так прыгали, остановиться не могли. Стали разбираться в программе, а фабулу-то найти и не могут. Короче, без первоисточника, без матрицы то есть, выловить ее невозможно. Там как-то странно все на процессоре завязано. Совершенно новый принцип. Но работает только с процессорами класса «Пентиум» и выше. Тут-то начальнички за голову и схватились. Представляешь, разгуливает по Воронежу семнадцатилетний парнишечка, а дома у него оружие — пострашнее любой бомбы будет. Находка для потенциального врага. С такой программой за неделю можно весь мир к рукам прибрать. Метнулись наши в Воронеж, — Вася звонко щелкнул пальцами, — а парнишечки-то уже и след простыл. Мама его говорит: взяли, мол, сынка работать в Москву. В какую-то очень крупную фирму. Начальником лаборатории. Ну, они там народ темный, ни фига в таких вещах не секут. Оклад — закачаешься.

Наши в Москву — и по фирмам. Нет такого. Исчез. Но, видимо, развернулся парнишка на славу. Письма, деньги домой присылал. Звонил даже раз в несколько месяцев. Наши ребята в этом Воронеже выли. Два года сидели, представь. Пытались по штемпелям почтовым отследить — ни фига. Из разных концов страны и даже из-за бугра весточки приходили. И звонил он то из Москвы, то из Ростова, то из Владивостока. Наши бригаду местную поднимут, а никого уже нет. А год назад началась вся эта каша с процессорами «Супер-ПРО». Мы-то сразу смекнули, что к чему, и стали искать, откуда дует ветер. Вышли на корпорацию «Си-Эйч-Эс», проверили звонки. Так и есть, наши работают.

— Коттедж, — утвердительно хмыкнул Юра.

— Конечно, — кивнул Вася. — Начали мы собирать информацию, а тут ваша команда подвернулась. Вот начальство и рассудило: чтобы шума поменьше да возни разной — ввести в группу своего человека. Меня то есть.

— На чужом горбу в рай въехать? — зло усмехнулся Женя. — Ловко придумано. Мы бы носом землю рыли, подыхали бы, а эти умники жар бы загребали.

— И что же ты должен был сделать, когда найдешь парнишку и его программу? — полюбопытствовал Сергей, обращаясь к Васе.

— Да парнишка… Что парнишка? Его и искать теперь не надо. Он уже на Пальма-де-Мальорке живет, вместе с родителями. Шесть «лимонов» баксов в банке и ничего, ну ровным счетом ничегошеньки не помнит о своем изобретении. Видать, такую «установку» дали. Мы уже и лучших спецов-гипнотизеров подключали, пытались «разморозить» его, и фенобарбитал кололи, думали, может быть, симулирует. Никакого результата. Не помнит ничего, как отрезало.

— А с программой что?

— Матрица это называется. Уничтожить я должен был ее.

— Ой ли? — прищурился Женя. — Ты нам-то баки не забивай.

— Вася, — серьезно сказал Юра. — Посмотри на меня. В глаза посмотри. — Фээсбэшник неохотно поднял взгляд. — Вот так. А теперь скажи еще раз, мне скажи, что ты должен был сделать с этой самой матрицей?

— Ну забрать, забрать, — вновь отвел взгляд Вася. — Забрать. Доволен?

— Вполне. А теперь скажи-ка мне, Вася, — вкрадчиво и страшно поинтересовался Юра, наклоняясь и почти касаясь лица фээсбэшника: — Что ты должен был сделать с нами?

— Ничего.

— Вася, не ври, я тебя очень прошу. Иначе мне придется взять тебя за жабры и отвезти в ГУО. Они ведь тоже «в деле», ты помнишь? А у этих ребят средств, чтобы разговорить человека, больше чем достаточно. И не хуже, чем у вас, а то и получше.

— Да знаю я.

— Тогда скажи мне правду, Вася. Что ты должен был сделать с нами, после того как найдешь программу?

— По собственному усмотрению, — буркнул Вася.

— Во волки, а? — изумился Женя. — Прямо зависть берет. Никакой совести. Мы бы им программу нашли, а они бы ее взяли, да нас же еще и замочили бы. Вот это да. Это я понимаю, работа.

— После того как ты убил бы нас, они убили бы тебя, — спокойно сказал Юра, обращаясь к фээсбэшнику. — Это-то хоть ты в состоянии понять?

— Да ладно, прямо так вот и убили бы.

Женя захохотал:

— А кому ты нужен живым, м…ло грешное?

— Значит, в сейфе была матрица? — сам себе сказал Юра. — Тогда ясно, из-за чего вся суматоха. Да, за такой «кусок» стоит драться.

— Только предположительно, — оговорился Вася.

— Предположительно Жнец бы не полез, — возразил запальчиво Леня, до глубины души возмущенный откровениями «соратника» Васи. — Он точно знал, что там. А связным его был хранитель. Харон. Он же и убил второго охранника, и взял матрицу. Лучшей кандидатуры Жнец подобрать бы не смог, даже если очень постарался бы. И на охрану тратиться не надо. Выгодно во всех отношениях.