Шрифт:
– Наверное, коллекция отца не выдержала бы такой конкуренции?
Алекс промолчал.
Внезапно Либби поняла, что и прежний ее вопрос насчет отца остался без комментариев. Что же он сделал, когда его сына поймали за рулем машины из дорогой коллекции? Совершенно очевидно, именно эта тема заставила Алекса помрачнеть, и он не собирается говорить об этом.
– Он все еще жив?
– Кто?
– Ваш отец.
– Он умер.
– Мне очень жаль.
– Вы будете единственным человеком на земле, кто это сказал.
Либби удивленно заморгала, готовясь попросить у него объяснений. Интересно, как много скелетов в шкафу хранит этот знаменитый на весь мир красавец? Она ведет себя как надоедливая журналистка. Каждый имеет право на неприкосновенность прошлого – это касается и Алекса, и ее саму.
– Прошу прощения. Я не имею права ворошить ваше прошлое.
Алекс задумчиво уставился куда-то вдаль.
– Тем не менее недавно это произошло, – признался он.
– Объявился кто-то из вашей семьи?
– Да. Моя сестра-близнец.
– Как ее зовут?
Он ответил не сразу:
– Анабель. Она написала мне перед злополучным заездом.
– Она сообщила что-то об отце?
– О его поместье. – Он повернулся к ней, и она заметила, что выражение его лица изменилось. – Кажется, наш старший брат вдруг возник из ниоткуда с идеей реставрировать фамильный дом Вульфов.
– И когда вы виделись с братом в последний раз? – спросила Либби, понимая, что становится назойливой. Но призраки прошлого могут свести человека с ума, и если Алекс Вульф хочет поделиться с ней своими воспоминаниями – она выслушает его, и дальше нее эта информация никуда не пойдет.
– Джейкоб уехал из поместья почти двадцать лет назад. Просто исчез однажды утром, ни с кем не попрощавшись. Я предложил бы вам прокатиться на моем «саргарисе» ТВР, но не смогу держать руль одной рукой.
Но она полностью потеряла интерес к машинам.
– А у вас есть еще братья или сестры?
– Всего нас восемь.
– Вы часто видитесь?
– Не очень. Никогда не встречаемся все вместе. Джейкоба я не видел с тех пор, как он сбежал. Расскажите лучше о себе. У вас есть братья или сестры?
– Нет, я одна.
– А родители живы?
– Они прекрасно себя чувствуют.
– Как вы стали физиотерапевтом?
Видимо, у него тоже были вопросы, на которые ей не очень хотелось отвечать. Пора жать на тормоза. Либби заправила волосы за ухо.
– Я не хотела заходить так далеко. Мне просто стало любопытно…
Она замолкла, когда он подошел к ней совсем близко. Ей показалось, в воздухе мелькнула электрическая молния, когда он шепнул низким, бархатистым голосом:
– Но мне тоже… любопытно.
Она предприняла последнюю попытку:
– История моей семьи не настолько увлекательна.
– Уверен, быть чемпионкой мира по серфингу – удивительно скучное занятие.
У нее свело желудок, а по позвоночнику побежал холодок. Она почувствовала себя полной идиоткой. Он знал о ее прошлом и ничего не сказал. Какую еще информацию о ней он раскопал?
– Вы должны были упомянуть, что знаете об этом.
– Может, вы должны были сделать это сами?
– Мое прошлое, мистер Вульф, не имеет никакого отношения к моему нынешнему роду занятий. Точнее, не наносит ему никакого ущерба. – Незаданный вопрос повис в воздухе: «Тогда почему спортивное прошлое не упоминается в резюме?» – Мне пора идти. Я уже опаздываю.
– Я провожу.
Алекс сделал шаг к ней, чтобы взять ее под руку, но Либби инстинктивно отпрянула:
– Не надо. Я сама смогу найти дорогу.
Когда она шла по двору, ее внимание привлекла машина, стоящая в дальнем конце ангара под мишенью для игры в дартс. Старый, покрытый ржавчиной автомобиль выглядел так, словно на нем врезались в дерево. Что делает этот уродец среди элитных трофеев? Она не задаст Алексу этот вопрос. Их разговор и так перешел все дозволенные рамки.
Либби подвела итоги дня: с этого момента она будет держать мысли и вопросы при себе.
Глава 5
Алекс в задумчивости измерял шагами свой домашний офис. Тридцать минут назад Либби Хендерсон уехала. Как обычно, она вела себя безукоризненно профессионально во время их утренних тренировок.
Алекс остановился и посмотрел себе под ноги.
Эта женщина сводит его с ума.
И дело не в том, что, с его точки зрения, она не вполне адекватно подходит к его выздоровлению. Время от времени ему хотелось ускорить процесс, но, стоило признаться, ее уверенный, спокойный подход давал колоссальные результаты. Плечо уже стало в два раза сильнее. Его проблема с мисс Хендерсон оказалась гораздо сложнее.