– Какого цверга?
– переспросила Ю Ши. Дзимбээ предостерегающе поднял палец, Ю Ши замолчала.

– В каком смысле хорошо?
– не понял Анатолий.
– Я утопил ее в болоте, причем специально выбрал место, где не было заметных ориентиров. Через полчаса я бы ее и сам не нашел. А на следующий день там был ураган... А что случилось?

– Когда ты поехал в болота, за тобой никто не следил?

– Никто.

– Ты уверен?

– Километров на тридцать вокруг не было ни одного автомобиля.

– Моторные лодки ящеров развивают довольно большую скорость.

– Намекаешь, что кто-то выследил меня на лодке?

– Не кто-то, а Возлувожас Шесинхылко. Да, он тебя выследил.

– Где сейчас начинка?

– Тринадцать дней назад была в Осулев, в кабинете царя Ойлсовла.

– Осулез, - автоматически поправил Анатолий.
– Осу-лев - это в именительном падеже. И еще...

– Наплевать на падежи!
– неожиданно взорвался Дзимбээ.
– Ты меня еще сморкаться поучи! Это дерьмо сейчас у ящеров. Знаешь, зачем твой любимый Якадзуно приехал в Олимп? Изготовить детонаторы! Понимаешь, что это значит?

– Успокойся, - сказала Ю Ши.
– Что такое "это дерьмо"?

Дзимбээ неподвижно застыл на несколько секунд, после чего встряхнулся, помотал головой и буркнул:

– Извините.

– Ничего страшного, - успокаивающе проговорила Ю Ши.
– Так что это такое?

– Нерадиоактивный ядерный заряд.

– Разве такие бывают?

– Мы взрывали вокзалы такими зарядами.

– Какая у них удельная мощность?

– Довольно большая, но не это главное. Главное то, что такой заряд не обнаруживается никакими детекторами.

– В Осулез много зарядов?

– Готовых зарядов там нет, там просто активное вещество в порошке. Мы перевозили этот порошок с Гефеста четырьмя партиями, три использовали в день выступления, четвертая попала в руки СПБ. Якадзуно заказал детали для восьми детонаторов, но если не гнаться за мощностью, зарядов можно изготовить хоть сотню. На нашу долю хватит.

– Какова критическая масса?

– Критической массы нет, нет ни верхней, ни нижней границы. Можно сделать бомбу, которая влезет в твою сумочку, а можно сделать бомбу, которая не поместится в поезд.

– Как выглядит этот порошок?

– Темно-серый, кристаллический и очень тяжелый. Упакован в маленькие целлофановые пакеты, примерно по килограмму каждый. Анатолий, ты помнишь, сколько их было?

– Десять или пятнадцать... точно не помню. Они всегда лежали в одной сумке, я их не считал.

– Понятно... Что ж, полагаю, вы уже поняли, в чем будет состоять миссия.

– Забрать все пакеты и доставить их сюда, - высказала Ю Ши потрясающе гениальную и неожиданную догадку.
– Точные координаты объекта известны?

– Тринадцать дней назад пакеты с порошком лежали в кабинете швуэ Ойлсовла, в сундуке, он стоит в дальнем левом углу, если смотреть от входа. Если их там не окажется, вам придется прочесать дворец. Анатолий, ты хорошо говоришь по-ящерски?

– Объясниться смогу.

– Вот и хорошо. Если будет нужно, поспрашиваешь местное население. Когда прибудете в Осулев, немедленно направитесь в царский кабинет. Сейчас ребята составляют со слов Якадзуно план дворца, подробная схема будет готова часа через два. Если увидите, что в сундуке пакетов нет, у вас будет один час, чтобы их найти. Если найти не удастся, вы эвакуируетесь, и мы разбомбим Осулев к чертовой матери.

– Там живет сто тысяч ящеров, - заметил Анатолий.

– Мы уже уничтожили пятьсот тысяч и ничего, конца света не произошло. Мы не можем позволить ящерам сделать с нами то, что мы сделали с имперскими войсками. Пакеты с порошком должны быть либо возвращены, либо уничтожены. Против этого никто не возражает?

Никто не возражал. В глазах Ю Ши читалось боевое возбуждение, но Анатолий чувствовал себя подавленно. Он понимал, что Дзимбээ прав, Деметра не выдержит второй террористической атаки, но все равно задание, которое предлагал Дзимбээ, казалось неправильным, и Анатолий знал почему. Он потратил столько сил, чтобы спасти золотого цверга от братства, а теперь ему предлагается решить совершенно противоположную задачу. А что делать, если так повернулась жизнь? Диалектика, мать ее.

4

Состояние после феназина похоже на похмелье после алкоголя. Страшно хочется пить, голова раскалывается, во всем теле слабость, настроение подавленное.

Якадзуно покопался в памяти и обнаружил, что не помнит ничего, что было после укола. Но он и так знал, что рассказал следователям братства все секреты, которые были ему известны. Иначе и быть не может, современной химии невозможно сопротивляться. Теперь Багров и Дуо знают, что начинка золотого цверга вовсе не утонула в деметри-анском болоте, а ждет своего часа в сундуке ящерского царя и, скорее всего, никогда не дождется. Да бесы с ним, с золотым цвергом, гораздо хуже, что они знают телефон Ибрагима... Должно быть, уже определили и местонахождение - ведь для этого достаточно позвонить и за считанные секунды запеленговать ответный сигнал.