— Неудачи не будет, — отрезал Мехмед. — Я не глупец и не малое дитя, чтобы слушать твои поучения. Ночью на стенах Константинополя мало воинов. Мы ударим стремительно. Пошлем башибузуков на север и на юг, отвлечь, а янычары ударят у Ликоса, где стены слабее всего. Они сомнут защиту прежде, чем греки успеют собрать воинов в нужное место, и Константинополь окажется в наших руках.

— Когда ваш отец осаждал этот город, я находился рядом. Боюсь, что стены Константинополя не падут так легко, — заметил Халиль.

Выдержав паузу, Халиль поклонился и добавил:

— Я готов исполнить любой ваш приказ, о великий султан! Да будет, как вы пожелаете. Я преклоняюсь перед вашей великой мудростью.

Мехмед нахмурился — ему не нравились ни тон великого визиря, ни его упорное нежелание штурмовать город.

— Простите, ваше величество, — вмешался подоспевший Улу. — Явился Заганос с новостями о минах.

— Отлично, зови его сюда!

Заганос был главным турецким сапером и перед султаном предстал вымазанным в грязи с головы до ног.

— Ваше величество, мы кое-что нашли, — сообщил сапер. — Вы приказали нам сосредоточить усилия у Калигарийских ворот, и мы в самом деле отыскали туннель. Он ведет к стенам, но упирается в завал, не доходя до них. Похоже, его засыпали специально.

— Проведите меня к нему, — приказал Мехмед. — Я хочу видеть сам.

Он двинулся вслед за сапером к самому краю лагеря — Мехмед умышленно распорядился начать туннель издалека, чтобы не увидели со стен Константинополя. Копать пришлось долго и трудно, но теперь наконец мины приблизились к рву перед Влахернскими воротами. И все же на то, чтобы провести мины подо рвом и стенами, уйдет еще несколько недель работы. Куда легче было бы, разыщи саперы туннели, упомянутые в описании Константинополя, которое оставил русский путешественник.

Они подошли к входу в туннель — отверстию высотой в пять футов в склоне пригорка, укрепленному деревянными стойками.

— Ваше величество, там опасно! — предупредил Заганос. — Туннель может обвалиться в любую минуту.

— Я хочу видеть находку, — сказал Мехмед.

— Тогда осторожнее, не ударьтесь головой, — посоветовал Заганос, вбираясь внутрь.

Проход был узкий, лишь ненамного шире плеч султана. Потолок подпирало множество крепей, и с некоторых свисали лампы, дававшие тусклый мерцающий свет. Пол и нижняя половина стен были образованы тяжелым черноземом, верхняя же половина и потолок — плотной серой глиной. Постепенно туннель делался все ниже, и вскоре султану пришлось идти, согнувшись чуть не вдвое. Заганосу, широкоплечему коротышке, достаточно было просто пригнуть голову.

— Открытый туннель проходит под нашим, — объяснял сапер на ходу. — Поэтому мы его раньше и не отыскали.

Он показал на вход в боковой туннель.

— Время от времени мы пробиваем такие ходы вбок от главного, но забрали слишком высоко. На туннель наткнулись чистым везением — сапер катил полную глиной тележку по боковому туннелю и провалился сквозь пол… Вот здесь и сгинул. — Заганос остановился перед черной дырой бокового туннеля.

Он взял висевшую на крепи лампу, вошел. Футов через пятнадцать в полу зияла дыра с неровными краями, из которой торчала лестница.

— Ваше величество, я спущусь первым, чтобы осветить путь, — предложил сапер и полез.

Мехмед последовал за ним. Когда спустился, то обнаружил, что может стоять выпрямившись — старый туннель был в семь футов высотой. Стены каменные, потолок сводчатый, тоже из камня, пол немощеный, земляной. Русский же писал про целиком каменный туннель — значит, здесь нашли что-то другое.

— К стене в ту сторону, — указал Заганос.

Прошли футов тридцать — и уперлись в груду камней и земли.

— Может, обрушилось только здесь? — спросил султан. — Пытались обойти?

— Ваше величество, мы пробовали — и не смогли. Туннель завален на всем протяжении.

— А в другую сторону как? Куда он ведет?

— С другой стороны он тоже завален. По-моему, его просто взорвали, и почему-то уцелел лишь тот участок, где мы стоим.

— Ну, тогда будем полагаться на удачу. Здесь есть и другие туннели, и мы их обязательно отыщем. Заганос, бери столько людей, сколько понадобится. Копай вбок от этого туннеля, если надо — рой вдоль городских стен, но отыщи что-нибудь.

— Мой повелитель, я понимаю и примусь за работу немедленно.

— Принимайся же!

Держа в одной руке старую потрепанную книгу, а в другой — свечу, София спустилась из дворцовой кухни в подвальные кладовые. Она шла прямо из библиотеки, где наткнулась на книгу, написанную несколько веков назад русским путешественником по имени Александр. Он писал о туннелях под стенами, прокопанных, когда в седьмом веке от Рождества Христова воздвигли стену вокруг квартала, где находился Влахернский дворец. Удивительно, но русский писал, будто прошел одним из них. Якобы, когда латиняне захватили город, император бежал, воспользовавшись туннелем. За небольшую взятку повар, служивший в те времена на дворцовой кухне, согласился показать русскому туннель — вход в него находился прямо под императорским дворцом.