— Но я и правда не знаю, как это называется по-настоящему, — начал оправдываться Гарри. — Он сказал, что хочет кое-что проверить, посмотреть, нет ли … отклонений. Это после того, как я рассказал, что отразил проклятие.

Снейп снова застучал ножом.

— Он не знал, что вы способны отражать проклятия?

Гарри фыркнул.

— Откуда? Я и сам этого не знал.

Нож снова замер.

— Что?

Гарри медленно поднял глаза от доски. Снейп пристально смотрел на него, подозрительно сощурившись.

— Ну да, я понятия не имел, что могу отразить проклятие.

Снейп аккуратно положил нож на разделочную доску — лезвием внутрь, как всегда учил. — Вы хотите сказать, что никто не обучал вас этому?

Гарри пожал плечами.

— Нет… то есть да, никто не учил. Дамблдор сказал, что это сложно и входит в подготовку ауроров. Вряд ли в Хогварце будут изучать…

— Конечно, в школьную программу ничего подобного не входит, — раздраженно перебил его Снейп. — Но я считал, что вас научил кто-нибудь из многочисленных идиотов — кстати, я и себя включаю в их число — которые спешат поделиться с вами знаниями, делающими вас еще большей угрозой для окружающих.

Гарри отвернулся, чтобы найти на полках пустую баночку нужного размера.

— Нет, — тихо ответил он. — Получилось так, что с этим я как-то ухитрился разобраться сам.

Снейп вернулся к работе.

— Тогда не удивительно, что Альбус захотел провести анализ. Если бы я узнал об этом раньше него, мне бы самому пришла в голову такая мысль.

Гарри вспыхнул.

— Вы… если хотите… пожалуйста.

Снейп не ответил, и следующие пятнадцать минут Гарри тихо погибал от смущения. Он уже всерьез подумывал о том, чтобы сбежать из комнаты, сказав в оправдание, что должен делать домашнее задание, но потом ему в голову пришел неожиданный вопрос.

— Подождите. Вы что, думали, что я… что я специально перенаправил проклятие на вас? Честное слово, я не хотел!

Снейп хмуро посмотрел на разделочную доску, лежащую перед Гарри.

— Я просил искрошить это, а не разобрать на молекулы.

— Ладно, — Гарри подхватил нож и вернулся к работе. Его мысли блуждали далеко, но если он чему-то и научился за прошедшие два дня, так это тому, что Снейп не всегда желает отвечать на вопросы, и настаивать — неблагоразумно.

Минут через десять приготовления были закончены, и Снейп нарушил молчание, прочитав лекцию о различии между насыщенностью и пропитыванием, существенном при варке личинок и гусениц — предполагалось, что все это Гарри должен прекрасно знать со второго класса.

Тогда он не слушал. Теперь же ловил каждое слово.

* * *

Они проработали весь день, прерываясь только на обед (Снейп готовил, а Гарри мыл посуду) и на ужин (Гарри готовил, а Снейп насмехался, но потом все же вымыл посуду).

Когда они вернулись в лабораторию после ужина, Снейп поручил Гарри уборку рабочего места — задание трудное и малоприятное, потому что разделочная доска была вся перемазана остатками маринованных слизней, которые оказались последним из необходимых ингредиентов. Гарри без возражений выполнил все, что от него требовалось, и как раз расставлял по местам последние баночки и бутылочки, когда Снейп спросил:

– И что же Альбус обнаружил во время обследования?

Снейп аккуратно развешивал свой внушительный ассортимент ковшей и черпаков, и спрашивал, не поворачиваясь к Гарри. Мальчик вздохнул.

— Я не знаю... он все равно ничего не объяснял. И потом — он не закончил обследование.

— Да?

— Да. Он опустил палочку к... ну, в район живота, а потом... сам не знаю, что случилось. Что-то вспыхнуло, и директор не стал продолжать. Он сказал, что должен еще кое-что разузнать, прежде чем сможет сказать мне что-то определенное.

Снейп тихо фыркнул.

— Понятно. Вам сам Мерлин помогает не обременять себя лишними знаниями.

— Вы считаете, он зря ничего мне не сказал?

— Я считаю, что не стоит нянчиться с почти взрослыми людьми, оберегая их от неприятной информации.

В заявлении Снейпа не было ничего удивительного. Слегка удивляло другое — какой правильной показалась Гарри эта мысль. По крайней мере, сейчас.

Гарри не знал, что еще сказать, поэтому просто вернулся к работе. Когда он закончил расставлять ингредиенты и повернулся к Снейпу, оказалось, что профессор стоит стоит посреди комнаты. Все остальное все равно было загромождено столами и шкафами. В руке Снейп держал палочку.

– Идите сюда.

У Гарри что-то оборвалось внутри. Он подошел и остановился в паре шагов от Снейпа.

— Вы хотите... ну... а мне что делать?

— Помалкивать, — буркнул Снейп, и Гарри почувствовал знакомое покалывание по всей голове, от макушки до подбородка, появились два луча — голубой и белый, а Снейп с сосредоточенным видом переводил взгляд то на Гарри, то на повисший в воздухе экран.

– Альбус вам что-нибудь объяснял?

— Нет. Он что-то хмыкал и бормотал себе под нос, но мне сказал только, что все нормально. Так что...